— Что же делать? — сказал Фредерик.
— Вот этот вопрос я и задаю себе, — ответил Арну.
Он замолчал и стал шагать по комнате взад и вперед.
— Ведь это не для меня, боже мой, а для моих детей, для бедной моей жены!
Потом, отчеканивая каждое слово, добавил;
— В конце концов… я буду мужествен… уложусь… и поеду искать счастья… не знаю куда!
— Невозможно! — воскликнул Фредерик.
Арну спокойным тоном отвечал:
— Как же мне теперь оставаться в Париже?
Наступило длительное молчание.