И она ввела его в помещение, уставленное чанами, где вращалась вертикальная ось с горизонтальными рукоятками. Фредерик был недоволен собой, что не отказался наотрез от ее приглашения.
— Это мойки, — сказала она.
Название показалось ему смешным и как бы неуместным в ее устах.
Широкие ремни тянулись с одного конца потолка к другому, наматываясь на барабаны, и все двигалось непрерывно, математически строго, раздражающе.
Они вышли оттуда и прошли мимо развалившейся лачуги, служившей прежде хранилищем для садовых инструментов.
— Она уже ни на что не пригодится, — сказала г-жа Арну.
Он дрожащим голосом ответил:
— Счастье может найти в ней приют.
Шум парового насоса покрыл его слова, и они вошли в формовочную.
Люди, сидевшие за узким столом, накладывали глиняные комья на диски, вращавшиеся перед каждым из них; левой рукой они выскабливали внутри, правой разглаживали поверхность, и на глазах, точно распускающиеся цветы, вырастали целые вазы.