— Мальчик… вот там, там! — показывая на колыбельку, стоявшую возле ее кровати.
Он раздвинул занавески; среди белья лежало что-то желтовато-красное, страшно сморщенное, дурно пахнущее и кричащее.
— Поцелуй его!
Чтобы скрыть свое отвращение, он ответил:
— Но я боюсь сделать ему больно.
— Нет, нет!
Тогда он еле коснулся губами своего ребенка.
— Как он на тебя похож!
И слабыми руками она обняла его за шею с такой горячей нежностью, какой он никогда не видел.
Он вспомнил о г-же Дамбрёз. Ему показалось чем-то чудовищным обманывать это бедное создание, любившее и страдавшее со всей непосредственностью своей натуры. В течение нескольких дней он сидел у нее до самого вечера.