За этот проступок Уленшпигель должен был покинуть Коолькерке и из страха перед местью старшины со стремительной быстротой бежал по направлению к Дамме.
Спускался свежий вечер. Уленшпигель бежал быстро: ему хотелось уже быть дома. Он представлял себе, как сидит и шьет Неле, Сооткин готовит ужин, Клаас связывает дрова, Титус грызет кость, а аист бьет клювом хозяйку по животу, чтобы получить кусочек мякиша.
— Куда спешишь? — спросил его встречный разносчик.
— Домой в Дамме.
— В Дамме небезопасно, — заметил пешеход, — там хватают реформатов.
И пошел дальше.
Дойдя по дороге до трактира Roode-Schildt — «Красный щит», Уленшпигель зашел выпить кружку пива.
— Ты не сын ли Клаасов? — спросил трактирщик.
— Да.
— Так спеши домой: с отцом беда стряслась.