На другой день подул ветер со стороны Брабанта, снег растаял, и луга были залиты водой.
И колокол, называемый borgstorm, созвал судей на заседание суда под навесом, так как дерновые сиденья под «липой правосудия» были мокры.
И народ стоял толпой вокруг суда.
Иоос Дамман был приведен не связанный и в своем дворянском платье; Катлина также была приведена, но со связанными впереди руками и в серой, посконной одежде, какую носят заключенные в тюрьме.
Иоос Дамман на вопросы суда признался, что убил своего друга Гильберта мечом в поединке. Когда ему сказали: «Он заколот кинжалом», Иоос Дамман ответил: «Я заколол его, когда он лежал уже на земле, так как он не умирал достаточно быстро. Я свободно признаюсь в этом убийстве, так как нахожусь под охраной законов Фландрии, запрещающих преследовать убийцу по истечении десяти лет».
Судья спросил его:
— Ты не колдун?
— Нет, — ответил Дамман.
— Докажи это.
— Для этого будет свое время и место, — ответил Иоос Дамман, — теперь же мне не угодно сделать это.