Но потомъ -- во снѣ -- онъ часто переживалъ эту борьбу съ отталкивающимъ карнизомъ, и -- содрогался отъ ужаса. Во снѣ онъ всегда обрывался и падалъ...
И вотъ, нѣчто подобное онъ переживалъ и сейчасъ.
Демонъ-искуситель толкалъ его куда то вверхъ. А внизу -- была бездна. И у демона этого были голубые глаза и русые волосы... И за счастье обладанія этими глазами и этой русой косой онъ готовъ былъ рискнуть оборваться въ какую угодно бездонную пропасть...
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ.
-- Вы больше читайте...-- лукаво шепталъ ему русоволосый и голубоглазый демонъ, и онъ -- съ головой погрузился въ причудливый и своеобразный міръ Гейне...
Послѣ "океанской волны" Гете, ему казалось, что онъ вступилъ въ безконечный лабиринтъ горныхъ тропинокъ и заблудился въ нихъ, среди сверкающихъ водопадовъ, которые "трясли свои сѣдыя бороды", оглушая его смѣхомъ и говоромъ. А блѣдныя губы поэта шептали ему странныя сказки, и онѣ лукаво улыбались ему изъ за груды цвѣтовъ, среди которыхъ извивались умныя змѣйки, и змѣйки эти заползали къ нему въ грудь, "цѣловали ему сердце" и отравляли его сладкимъ ядомъ. А звенящія струны поэта "рокотали" съ соловьями, и ихъ "подслушивали розы"...
А въ открытомъ саркофагѣ лежалъ мертвецъ, "съ грустнымъ лица выраженіемъ", и мертвецъ этотъ былъ -- Гейне. И на гробницѣ его -- "барельефы затѣяли ссору"... И это былъ споръ красоты и истины, и --
Моисея проклятья въ томъ спорѣ слились
Съ бранью дикаго лѣшаго Пана...
Голощаповъ вслушивался въ эту "ссору барельефовъ", онъ ожидалъ конца этого спора; но онъ былъ--"безпредѣленъ",--