-- До-завтра!-- сказалъ онъ.-- И какъ мнѣ не хочется ѣхать!
-- А мнѣ -- оставаться!-- сказала Елена.
-- И какъ за то хорошо сознавать, что это -- въ послѣдній разъ я уѣзжаю одинъ...
Темная тѣнь шляпы закрывала верхнюю часть лица Голощапова. Онъ стоялъ въ сторонѣ. И по освѣщеннымъ луной губамъ его изогнулась кривая усмѣшка...
Тройка снялась съ мѣста...
Сестры, обнявшись, стояли и смотрѣли ей вслѣдъ, пока она не скрылась изъ глазъ. А потомъ повернули назадъ и тихо пошли по дорогѣ. Луна свѣтила имъ сзади -- и длинныя, стройныя тѣни ихъ легли на дорогу. Голощаповъ (какъ и всегда) немножко отсталъ. Онѣ о немъ и забыли, и, тихо бесѣдуя, медленно шагали впередъ...
-- Хорошая ночь,-- сказала Елена.-- Ему хорошо будетъ ѣхать.
-- Да.
-- Какъ это, Катя? Помнишь (изъ Шейлока)?
...Въ такую ночь, какъ эта,