Сержант ( смутившись ). Э!.. Как! Что, сударь? Возможно ли это, ваше благородие! Она, кажется, нисколько не похожа на то, что бы могла быть вам любовницею... Она баба самая невежда и неряха!
Капитан. Нужды нет. Мне не разум и не убор ее потребен.
Сержант. А что же, ваше благородие?
Капитан. Какой непонятный человек, а уже в походах несколько раз бывал, -- а того не научился знать, что нашему брату военному нужны не красота и не разум, а только одни деньги. ( Смотрит на сержанта, а тот смущается ). Постой-ка, постой!.. Так я понимаю теперь, что это значит.
Сержант. А что бы такое, сударь? Неправда, что вы думать изволите.
Капитан ( смеётся ). Как ты прост, не думал я этого! Послушай, ты! Я чаю, думаешь ты, что я ничего не разумею! Полно, глупенькой, ты сам теперь дал знать о себе, что у вас есть с этой кузнечихой небольшая любовишка... Да мне нет нужды, и когда я все это презираю, так ведь и ты можешь, например, по-служивому поступиться ею своему командиру.
Сержант ( особо, с досадою ). Что будешь делать? И не рад, да готов. ( С равнодушием ). Да полно что? У нас в нашем быту друг у друга заветного ничего нет, всё пополам, всё вместе. ( К капитану ). Но позвольте мне доложить, к чему уже вы оное задумали? Ведь в сей день мы выступить должны из здешнего города, со всеми задушевницами проститься, да и доставайтесь они после нас кому-нибудь другому!.. А что нами у них попито и поедено, то только и наше.
Капитан. Моё намерение - уговорить её уехать в поход со мною, и так же, что б не с пустыми руками.
Сержант. Как?! Увезти с собою её, сударь, вы хотите?
Капитан. И никак не отменю этого.