Радость свидания с братом немедленно же должна была уступить место глубокому горю, когда Колумб узнал, в каком печальном виде находятся дела на Гаити. Лишь только Варфоломей прибыл на остров, начальник военных сил испанцев и папский наместник завладели приведенными им кораблями и уехали в Испанию с частью колонистов. Оставшиеся не хотели повиноваться Диего и чинили самые ужасные насилия над индейцами. Последние восстали против угнетателей, и испанцам грозило поголовное истребление.
В это время к Колумбу явился его старый друг Гваканагари. Он остался верен испанцам, хотя они не заслуживали того, и не только не принимал участия в нападениях на них, но давал еще убежище больным, раненым и преследуемым пришельцам. За это другие касики острова считали его изменником и объявили ему войну, как и испанцам. Несколько членов его семьи были убиты врагами; это озлобило Гваканагари, и он явился к Колумбу, чтобы предложить ему тесный союз против остальных касиков. Пользуясь услугами Гваканагари, Колумб вступил в переговоры с индейцами, обещая им защиту от насильственных действий испанцев. Этим путем ему удалось убедить одного из касиков стать в нейтральное положение. В то же время начальник военных сил испанцев на острове Ойеда взял в плен самого воинственного из касиков и разбил войско другого касика. Благодаря всему этому, восстание индейцев прекратилось, и Колумб получил возможность обратиться к мирным заботам о преуспевании колонии.
Между тем враги Колумба, папский наместник и бывший начальник военных сил на Гаити, прибыли в Испанию и обратились к двору с жалобами на Колумба, причем позволяли себе всевозможную клевету на его счет. Они обвиняли Колумба в жестоком и несправедливым обращении с испанскими колонистами, в том, что он унижает лучших между ними, чтобы возвысить себя и своих братьев, что он обманывает короля и королеву, выдавая открытые им страны за богатые, тогда как они жалкие и бедные, что даже те немногие богатства, которые можно найти там, он обращает в свою пользу, что он, например, утаил корону из золота, полученную им от одного из касиков, и так далее.
Изабелла отказалась верить всем этим обвинениям, но Фердинанд понимал, что здесь представляется случай отделаться от Колумба, и убедил свою жену в необходимости послать на Гаити особенного комиссара, который проверил бы жалобы, привезенные на Колумба, так как это необходимо в его же интересах, дабы на его имени не оставалось и тени подозрения. Изабелла согласилась на это и тотчас же назначила полномочного комиссара. Это был знатный гранд Агуадо. В официальных инструкциях ему поручалось только проверить жалобы на Колумба, соблюдая по отношению к адмиралу величайшую деликатность; но в тайной аудиенции, данной Агуадо Фердинандом, последний рекомендовал ему менее всего церемониться с Колумбом и, если можно, то возвести на него какое-нибудь обвинение и отнять у него власть.
Агуадо явился на Гаити в сентябре 1495 года с четырьмя кораблями. Колумб в это время находился внутри острова, а в Изабелле оставался его брат Варфоломей. Агуадо отнесся с величайшим презрением к наместнику Колумба и, не обращая никакого внимания на него, стал производить допросы колонистов, относясь сурово к тем, кто не давал нужных ему показаний, причем даже заключал их в тюрьму. Когда Варфоломей потребовал от Агуадо предъявления его полномочий, он отказался показать ему свои грамоты, но торжественно прочитал их в церкви в присутствии всей колонии. Полномочия эти были составлены в самых неопределенных выражениях и при желании могли быть истолкованы в самом широком смысле. Так как большая часть колонистов была недовольна Колумбом за его заботу об индейцах и запрещение вымогать от них золото, то полномочия Агуадо были приняты в самом распространенном толковании; все стали смотреть на Агуадо как на главного начальника, и ему нетрудно было найти свидетелей против Колумба, возводивших на него самые невероятные обвинения. Когда Колумб возвратился, Агуадо разыгрывал роль диктатора. К Колумбу он отнесся не только без всякой деликатности, но с величайшей наглостью и грубостью. Он надеялся задеть самолюбие Колумба и вызвать с его стороны какое-либо рискованное действие, которое дало бы Агуадо повод принять против него насильственные меры. Но Колумб спокойно перенес все грубые выходки Агуадо, видя в нем представителя короля и королевы.
Окончив свое следствие, Агуадо собрался возвратиться в Европу для представления своего доклада. Колумб понял, что ему необходимо также явиться ко двору, чтобы парализовать возводимые на него обвинения. Но когда Агуадо и Колумб были уже готовы отплыть, страшный ураган разбил все их корабли, за исключением небольшого судна. Пришлось отложить отъезд и заняться постройкой новых кораблей. В это время случилось событие, которое, по тогдашним нравам, дало Колумбу наилучшее средство для защиты от всяких обвинений. Один из испанцев открыл богатое месторождение золота, и Колумб успел добыть его до своего отъезда в весьма значительном количестве. Колумб и Агуадо отплыли на разных кораблях. С ними отправились все больные, пожелавшие вернуться на родину. Плавание было бедственным, бури носили корабли как щепки, скоро оказался недостаток в провизии; больные, переполнявшие корабли, страдали невыразимо. Колумб старался уменьшать страдания спутников как мог. Он возбуждал мужество в упавших духом, ухаживал за больными, заботился о том, чтобы уменьшенные рационы выдавались всем равные, не исключая и его самого. Тут случилось событие, показывающее всю низменность той среды, в которой действовал Колумб, и все величие его духа. Когда недостаток припасов стал грозить голодом, спутники Колумба предложили выбросить в море ехавших с ними индейцев, чтобы не тратить на них припасов; некоторые желали даже убить индейцев и съесть их. Чтобы спасти несчастных, Колумб должен был поставить на карту свою жизнь, объявив, что его спутники тронут индейцев, только пройдя через его труп.
11 июня 1496 года Колумб вошел в Кадис.
Глава VII. Третье путешествие
Прием двора. - Новая экспедиция. - Открытие континента Южной Америки. - Волнение на Гаити. - Новые жалобы на Колумба и миссия Бобадилъя. - Арест Колумба и отправление его в цепях в Испанию.
Прибыв в Испанию, Колумб известил о том короля и королеву. Однако прошел целый месяц, прежде чем последовал ответ последних. Было ясно, что интриги усиленно действовали против Колумба, и двор обсуждал донесение Агуадо, прежде чем допустил к себе Колумба. Колумб чувствовал себя совершенно неповинным, но он понимал, что Фердинанд только ищет предлога, чтобы отделаться от него. Ему было крайне тяжело, и он подумал даже, не бросить ли все и не поступить ли в монастырь. Однако этот припадок малодушия быстро прошел, и Колумб решился идти до конца по избранной им дороге.