— Ниночка, есть хочу! — были первые его слова.
Он быстро оделся и сел за стол, на котором Малевская приготовила ему ужин.
Брусков ел жадно, с волчьим аппетитом, пытаясь одновременно вести разговор. Однако Малевская отвечала скупо, нехотя, занятая какими-то своими мыслями.
— Что ты такая скучная, Нина? — нерешительно спросил ее Брусков, складывая салфетку и собирая посуду со стола.
Малевская, склонившись над киноаппаратом за своим рабочим столиком, с минуту помедлила ответом. Потом энергично тряхнула головой и резко повернулась к Брускову.
— Как ты себя чувствуешь, Михаил?
— Спасибо, хорошо, — с некоторым удивлением ответил Брусков. — К чему это ты?
— Мне нужно серьезно поговорить с тобой... Ты решительно настаиваешь на том, чтобы именно я отправилась в торпеде?
Брусков посмотрел на Малевскую и сейчас же отвел глаза.
— Да, — проговорил он, насупившись.