Вошел капитан. Старший лейтенант доложил ему о сообщении зоолога и о принятых им самостоятельно мерах.
— Первое минутное изумление быстро сменилось на лице капитана жесткой улыбкой. Не поднимая полуопущенных, как всегда, век, капитан сказал:
— Хорошо, Александр Леонидович! Все ваши меры и распоряжения одобряю. Команду принимаю на себя. Оставайтесь у щита управления и наблюдайте за кормовым полукругом экрана. Носовой оставляю себе.
— Есть, товарищ командир!
— Дайте тревожный сигнал.
— Есть тревожный сигнал!
По всем помещениям корабля пронеслась громкая тревожная дробь звонка, из коридора послышались заглушенный топот и шуршание многочисленных ног, и сразу затем наступила мертвая тишина.
Не сводя глаз с экрана, широко расставив ноги и заложив руки за спину, капитан неподвижно и молча стоял посередине ярко освещенного поста.
— Охота продолжается? — тихо, словно разговаривая с невидимым собеседником, сказал он после минутного молчания. — Отлично! Но теперь, друзья мои, вам дорого придется за это заплатить.
Старший лейтенант сидел, как изваяние, перед щитом управления, положив пальцы на нижнюю клавиатуру.