Павлик поспешно открыл свой патронташ и настроил радиоприемник еще на одну станцию. Под его шлем ворвался свистящий шум прерывистого дыхания, перемешанного с потоком хриплых ругательств, криков, разговора из невозможной смеси украинских и русских слов:
— Отдай!… Отдай, чертова скотина!… А, трясця тебе… Советского добра захотела?… Меня не потягнешь… Нет, брат… Не выйдет! — Потом — как дровосек на рубке леса:
— Ах-х-х! Вот тебе! Ах-х-х!
Потом отчаянный крик:
— Тпру-у-у! Стой! Стой! Куда понесла, гадюка!
Зоолог не выдержал.
— Скворешня! Что случилось? — громко, с тревогой в голосе закричал он. — С кем вы деретесь?
— Лорд! — послышался в шлемах зоолога и Павлика задыхающийся голос.
— Скорее ко мне!. А то эта тварь… шланг разорвет. Спешите, спешите!… Ах-х-х! Ах-х-х! Вот живучая скотина!…
— Мы бежим! — закричал зоолог. — Держитесь!