— Доложить капитану можно, товарищ Скворешня, но выйдет ли вообще толк из предложения Марата — сомневаюсь.
Это было сказано с такой убежденностью, что все в столовой сразу замолчали.
Марат побледнел, словно предчувствуя нечто сокрушительное для своей идеи.
— Почему же вы так думаете, товарищ старший лейтенант? — спросил он.
— Мне кажется, Марат, что вы не учли самого главного. Главное же заключается не в том, как и чем взорвать, а в том, как, чем и, самое важное, в какой срок можно убрать взорванный лед. Восемьдесят тысяч кубометров! На руках вы их вынесете, что ли? На носилках? Вообще говоря, можно, конечно, и руками перенести, но когда мы окончим эту работу? — И среди общего молчания тихо добавил: — Кончим, вероятно, тогда, когда уже будет совершенно безразлично — месяцем ли раньше, месяцем ли позже.
Марат сидел с опущенной головой; наконец, собрав остатки всей своей веры и мужества, он тихо сказал:
— Можно транспортеры поставить…
— А двигатели?
— Моторы от глиссера. Старший лейтенант пожал плечами:
— Все то, к сожалению, общие фразы, Марат. Вы оперируете неопределенными величинами. Неизвестно ведь, какая будет производительность транспортера при малой, сравнительно, мощности этих моторов. Надо, конечно, вашу идею проверить до конца — с карандашом в руке. Хотя я и предвижу, что вывод получится отрицательный, все-таки зайдите ко мне сегодня, когда освободитесь, — вместе подсчитаем.