Сведений о подготовке к бою артиллерии Гв. Стрелковой дивизии, огонь которой не мог не направляться, отчасти, на общие цели, к сожалению, нет.
***
Итак, в ночь на 12 июля, Л.-Гв. Кексгольмский полк сменил 500-й пехотный полк, переместившийся влево на соседний с Гвардией участок, и занял позицию.
Стояли жаркие дни, на Волыни был разгар лета и страды, через три дня — день Св. Владимира.
Из окопов передней линии был виден, местами заболоченный, мокрый луг с озерцом Окнище посередине, дальше сухая, шагов в 200, полоса невысокого подъема и на нем, где на прямом выстреле от нас, где в тысяче шагов, широкие ряды проволоки на кольях и первая линия сильных неприятельских окопов, а против нашего правого фланга — укрепленный Трыстень. Местность за первой линией была несколько ниже и скрывалась Трыстенем и окопами на буграх, но знали по карте и высмотрели с деревьев, что за Трыстенем была мельница, и от неё тянулись влево вторая и третья линии неприятельских окопов, за ними была кол. Владимировка, а за нею новая линии и дальше кол. Аполония; знали, что неприятельские батареи стоят: прямо верстах в 3–4 у д. Щурин, левее — между Щурином и Аполонией и, больше всего, верстах в двух от передних окопов, за кол. Владимировкой. Видели, что все поле изрыто укреплениями и усеяно копнами, частично уже снятого, хлеба. А позади, шагов на 800-1.000, до самого Трыстеньского леса (или урочища Жук) тоже тянулся мокрый луг и болото.
Устройство принятой позиции и профиль укрытий оказались, как часто случалось при сменах, для полка непривычными: высота брустверов, где они были (больше на правом фланге), была рассчитана на малорослых армейских солдат, а на левом участке, тянувшемся по мокреди и болоту, окопов, в сущности, и не было, — там нельзя было врыться в землю, и только местами были устроены какие-то подобия укрытий от взоров противника из наносного дерна. Перед этими «окопами» тянулся один ряд рогаток с колючей проволокой.
Так или иначе, и зная, что атаку ждать не нам, а неприятелю, устроились. — В первой линии, на правом участке, примыкая к Трыстеньскому озеру, с рощицей на фланге и в связи со Стрелками, расположился 1-й батальон Шт. — Капитана В. К. Витковского с командиром 1-й роты, бывшей до войны ротой «Его Величества Императора Австрийского», Подпоручиком Осиповым II, с Командирами рот 2-й Подпоручиком Ящевским, 3-й Подпоручиком Фурнье и 4-й Подпоручиком Цихоцким, при Младших Офицерах: Подпоручиках Липко, Буковском, Трофимове и Прапорщике Кондратенко. Из них, через 3 дня, останутся невредимыми только Командир баталиона и командир 1 роты. — Левее, на втором участке, широко растянулись две роты 2-го баталиона — 6-я Подпоручика Михайловского с Подпоручиком Кругликом и, левее, в связи с Петроградцами, 8-я Подпоручика Андрея Барковского с Подпоручиком Евтушевским. В ближнем резерве за ними, за выдавшейся вперед опушкой леса, находилась землянка командира 2-го баталиона Полковника Ядыгина (в глаза и по службе — «Господин Полковник» или «Ваше Высокоблогородие», а между собой и за глазами, и офицеры и солдаты не называли иначе как «наш отец»); там же были окопы и укрытия 5-й роты Подпоручика Шелина с Прапорщиком Кронидом Андржеевским и 7-й роты Подпоручика Збиковского с Прапорщиком Меньшовым, который и останется через три дня единственным офицером 2-го баталиона.
4-й баталион в резерве за 1-м, и 3-й, — за 2-м, расположились позади, за опушкой леса. 3-м командовал Подпоручик Матчин, у него были Подпоручики Дмитрий Унковский, Вилькен, Богданов, Терлецкий, Крыжицкий и Милавин и Прапорщики Реут и Каменский. 4-м командовал Шт. — Капитан Н. Н. Евтушевский, офицерами были Подпоручики Волощенко, Андрей Давыдов, Вирановский, Михаил Давыдов, фон-Ренненкампф и Марковский и Прапорщики Архангельский и Николай Андржеевский. Из состава 3 и 4 б-в после боя останутся невредимы: в 3-м Прапорщик Каменский и в 4-м Шт. — Капитан Евтушевский, Подпоручик Андрей Давыдов и Прапорщик Архангельский.
У резерва же была расположена землянка Командующего полком, со штабом (адъютант Подпоручик ф. Эссен и нач. сл. связи Подпоручик Свистовский) и со Знаменным взводом. Здесь же, неподалеку, была пулеметная команда (Подпоручик Плотников и Прапорщик Ванлярский), команды разведчиков — конная (Подпоручик Адамович) и пешая (Подпоручик Назарьевский) и команда сапер (Подпоручик Заремба).