Тяжел камень шею перетер,

Шелкова трава на руках свилась,

Желты пески на груди легли!

"Людей! Людей! -- закричал барин. -- Собирайся, челядь дворовая, запускай невода, закидай сети шелковые!" Собралась челядь дворовая, закинула сети шелковые; Аленушка и поймалась. Вытащили ее на бережок, отрезали камень, окунули ее, сполоснули в чистой воде, белым полотном обернули, и стала она еще лучше, чем была, и обняла своего мужа. Баранчик стал опять братец Иванушка, и зажили все по-старому, по-хорошему, только ведьме досталось; ну да ей, говорят, туда и дорога, об такой не жалеют!

No 262 [251]

Жили сестрица и братец, и пошли они в лес по ягоды. Шли-шли; вот на дороге лежит лошадино копытце с водицей; вот братец и говорит: "Сестрица, я пить хочу; я в этом копытце напьюсь". -- "Нет, не пей, братец, коняшка будешь". Еще шли-шли, коровье копытце стоит. "Сестрица, сестрица, я пить хочу!" -- "Нет, не пей, бычок будешь". Шли-шли; стоит овечье копытце. "Сестрица, сестрица! Я напьюсь". -- "Нет, не пей, баранчик будешь". Шли, шли; стоит козино копытце. "Сестрица, сестрица, я напьюсь!" -- "Нет, не пей, а то козельчик будешь". Пошли дальше; он не утерпел, отвернулся и напился, и обратился козельчиком, бежит и блеет. "Я говорила тебе: не пей!" Идут; барин едет и говорит: "Продай, девушка, козельчика". -- "Нет, он у меня не продажный; это мой братец, а не козельчик!" Барин взял обоих их, увез и на девушке женился и козельчика ласкал.

Вот барин уехал, а эту жену его, Аленушку, дворовые ненавидели, взяли привязали ей на шею камень большущий и бросили в реку, а вместо ее другая убралась в ее платье. Барин приехал и не узнал. Эта другая жена хотела известь и козельчика и велела барину зарезать его. "Я. -- говорит, -- хочу козлиного мясца". Барин велел слугам зарезать козельчика. Козельчик почуял, приходит к барину и говорит: "Барин, барин! Пусти меня на речку водицы испить, кишочки промыть, твоей барыне лучше будет кушать!" -- "Ступай, да не уходись[252]". Он пошел, на бережку сел и стал кричать: "Аленушка, сестричушка, тебе тошно, а мне тошней твоего; меня, козла, хотят резать, ножи точат булатные, котлы кипят немецкие, огни горят всё жаркие!" А она ему говорит, выныривая из реки: "Иванушка, родимый мой, тебе тошно, а мне тошней твоего; тяжел камень ко дну тянет, бела-рыба глаза выела, люта змея сердце высосала, шелкова трава ноги спутала!" Козельчик пошел домой, полежал и опять у барина просится на реку; барин пустил и послал следом слугу посмотреть, зачем он часто ходит туда. Козельчик сел на бережку и опять закричал: "Аленушка, сестричушка, тебе тошно, а мне тошней твоего; меня, козла, хотят резать, ножи точат булатные, котлы кипят немецкие, огни горят всё жаркие!" Она ему говорит: "Иванушка, родимый мой, тебе тошно, а мне тошней твоего; тяжел камень ко дну тянет, бела-рыба глаза выела, люта змея сердце высосала, шелкова трава ноги спутала!" Пришли домой, слуга ничего не сказал барину; а козельчик немножко повернулся и опять просится у барина на речку водицы испить, кишочки промыть. Барин отпустил и сам пошел следом. Козельчик сел на бережку и стал опять кричать: "Аленушка, сестричушка, меня, козла, хотят резать, ножи точат булатные, котлы кипят немецкие, огни горят всё жаркие!" И она выныривает из реки и говорить стала: "Иванушка, родимый мой!.." Как барин то угадал, да вдруг кинется и вытащил ее; узнал обо всем, всех пересек, а которая на место ее сделалась (ту) прогнал; а с этой начал жить-поживать по-прежнему, и козельчику стало хорошо.

No 263 [253]

Жил старик со старухой. У них был сынок Иванушка и дочка Оленушка. Отец послал их в лес за ягодками. Они пошли; пришли в лес и нашли земляночку. Оленушка сказала: "Давай, братец, взойдем в эту землянку". Взошли и увидели: лежит на печи и спит яга-баба. Они сели на лавку и стали играть Оленушкиным кольчиком[254]. Долго ли, коротко ли в ней посидели, потом вышли из землянки. Отойдя немножко, Оленушка сказала: "Ох, братец Иванушка! Я кольчико-то позабыла в землянке на окошечке; поди возьми его, да смотри не лижи козлиного сальца, что на лавочке лежит".

Пошел Иванушка и дорогою сам с собою думает: что мне сестрица не велела лизать сальца? Пришел в землянку, взял кольчико и лизнул сальце, да и сделался козлом. Надел кольчико на рога, бежит к Оленушке и блеет по-козлиному. "Ох ты дурачок, Иванушка! -- говорит Оленушка. -- Ведь я тебе наказывала, чтобы не лизал сальце; а ты не послушал-таки меня!.." Взял их барин к себе, и живут они у него с год времени.