Жил-был поп; нанял себе работника, привел его домой: "Ну, работник, служи хорошенько, я тебя не оставлю". Пожил работник с неделю, настал сенокос. "Ну, свет, -- говорит поп, -- бог даст, переночуем благополучно, дождемся утра и пойдем завтра косить сено". -- "Хорошо, батюшка".
Дождались они утра; встали рано. Поп и говорит попадье: "Давай-ка нам, матка, завтракать; мы пойдем на поле, косить сено". Попадья собрала на стол, сели они вдвоем и позавтракали порядком. Поп говорит работнику: "Давай, свет, мы и пообедаем за один раз, и будем косить до самого полдня без роздыху". -- "Как вам угодно, батюшка. Пожалуй и пообедаем". -- "Подавай, матка, на стол обедать!" -- приказал поп жене. Она подала им и обед. Они по ложке, по другой хлебнули и сыты. Поп говорит работнику: "Давай, свет, за одним столом и пополуднуем; и будем косить до самого ужина". -- "Как вам угодно, батюшка, полудновать, так полудновать". Попадья подала на стол полдник. Они опять хлебнули по ложке, по другой и сыты. "Все равно, свет, -- говорит поп работнику, -- давай заодно и поужинаем, и заночуем в поле -- завтра раньше на работу поспеем". -- "Давай, батюшка!"
Попадья подала им ужинать. Они хлебнули раз-два и встали из-за стола. Работник схватил свой армяк и собирается вон. "Куда ты, свет?" -- спрашивает поп. "Как куда? Сами вы, батюшка, знаете, что после ужина надо спать ложиться". Пошел в сарай и проспал до света. С тех пор перестал поп угощать работника зараз завтраком, обедом, полдником и ужином.
No 9. Пахом[676]
Помер в селе поп, оставался один дьякон; худо ему стало без попа, доходу нет ни копейки, а жить надо; и задумал он поставить какого-нибудь мужика за попа. В одно время пошел он искать, не согласится ли кто на селе быть попом. Идет дорогою, повстречался с ним мужик.
"Здравствуй, мужичок!" -- "Здорово, дьячок!" -- "Как тебя звать?" -- "Пахом". -- "Ну, ты будешь у нас попом". -- "Да я грамоте не умею" -- "Ничего, я тебя научу, что говорить надобно".
Мужик согласился. Пришли они в село; дьячок объявил его прихожанам: "Вот-де вам поп новый поставлен". Дождались праздника, зазвонили к обедне. Мужик оделся в поповские ризы и затянул в алтаре нараспев: "Во время оно шел дьячок, навстречу ему мужичок. -- Здравствуй, мужичок! -- Здравствуй, дьячок! -- Как тебя звать? -- Меня зовут Пахом! -- Ну, будь у нас ты попом!" А дьячок знай подхватывает: "Господи, помилуй!" Православные слушают да поклоны бьют.
Вот так-то и пошло дело у них на лад. Только через год, через два случилось в то село заехать архиерею; приказал он попу служить обедню и певчих своих на крылосе поставил. Пахом оделся в ризы и затянул по-прежнему: "Во время оно шел дьячок, навстречу его мужичок. -- Здравствуй, мужичок! -- Здравствуй, дьячок! -- Как тебя звать? -- Меня зовут Пахом! -- Ну, будь ты попом! -- Я грамоте не учен! -- Не в грамоте дело; говори: архиерею будет четверня лошадей, а певчим пятьсот рублей". Архиерей услыхал, что ему сулят лошадей, да всю обедню и прослушал молча; а как отошла обедня, взял четверню и пятьсот рублей на певчих и уехал куда надо, а мужика Пахома похвалил за усердие: он и теперь еще служит.
No 10. Похороны кобеля[677]
Жил-был мужик, у него был кобель. Рассердился мужик на кобеля, взял -- повез его в лес и привязал около дуба. Вот кобель начал лапами копать землю, подкопался под самый дуб, так что его ветром свалило. На другой день пошел мужик в лес и вздумал посмотреть на своего кобеля, пришел на то место, где привязал его, смотрит: дуб свалился, а под ним большой котел золота. Мужик обрадовался, побежал домой, запряг лошадь да опять в лес, забрал все деньги и кобеля посадил на воз. Воротился домой и говорит бабам: "Смотрите, угождайте у меня кобелю всячески; коли не станете за ним ходить да не будете его кормить -- я с вами по-своему разделаюсь". Ну, бабы стали кормить кобеля на убой, сделали ему мягкую постель, холят его всячески. А хозяин никому, кроме кобеля, и не верит: куда ни поедет, а ключи завсегда повесит кобелю на шею.