Вот опять настал вечер -- батрак на улицу идет. Слушает опять под окном: дьякон тут, али нет? Дьякон спрашивает: "Куды-то мне спрятать ся будет?" -- "Лезь в кошву[689] с сажею -- на полатях стоит; авось дурак не догадается", -- отвечает попадья. Батрак застучал в ворота. Попадья спрашивает: "Кто это?" -- "Это я, матушка!" -- "Зачем ты, батрак?" -- "Вот тогда увидишь зачем". Схватил веретье[690], идет в избу, накрыл кошелку с сажею, где дьякон сидел, увязал-упутал, вынес на телегу и повез со двора. "Куда ты? погоди, не езди, поужинай". -- "Некогда".
Вот едет он мимо одной мельницы, а навстречу ему помещик. "Что ты, мужик, везешь?" -- "Черта везу". -- "Покажи, пожалуйста, чтой-то за черт? Я сроду не видал!" Отвечает батрак: "Нет, он уйдет; показать нельзя". -- "Что же он тебе стоит?" -- "Сто рублев". -- "Покажи". -- "Да ведь уйдет!" -- "Я тебе плачу сто рублев за эвто". Батрак развязал и говорит дьякону: "Смотри же, беги прямо в речку". Как выскочит дьякон, как бросится -- бултых в воду! Барин ужаснулся: "Эх, жаль, -- говорит, -- ведь взаправду ушел". Отдает барин батраку деньги, а он, получимши сто рублев, поехал к попу в поле. "Что ж, батрак, хороша ли улица была?" -- "Еще какая знатная!"...
Целой день они работали; настает ночь, батрак опять на улицу просится. Приходит, слушает под окном, дьякон опять говорит попадье: "Экая шельма! Как он меня осрамил. Ну, -- говорит, -- завтра я сам в поле поеду -- пахать стану", -- "А я тебе, -- отвечает попадья, -- наварю каши, нажарю поросятинки, лепешек наделаю, полуштоф вина припасу да все и принесу. Да как тебя найтить?" -- "Я буду по дороге стружки стругать; по тем стружкам прямо ко мне придешь. А лошадь у меня, сама знаешь, пегая -- не то, что у попа, вороная".
Вот поутру встает попадья и принимается обед готовить, а батрак уже давно к попу воротился. Стали пахать. Пахали, пахали. "Что, батрак, -- говорит поп, -- а не пора ли обедать?" -- "Нет, ище рано. Погоди маленько, нам попадья принесет славной обед". -- "Эх, батрак, она сродясь не нашивала". -- "Небось, батюшка, принесет". Тут батрак взял -- скинул с себя белые портки и навязал на свою лошадь, а стружки уж он давно перетаскал к себе на дорогу. Вот попадья несет обед по стружкам. "Батька! Смотри-ка, вон попадья идет, обед несет". -- "И то никак она". Попадья увидала, что не туда попала, хотела было назад воротиться, а батрак во все горло кричит: "Сюда, сюда неси, матушка". Нечего делать, пошла прямо; поп обрадовался, бежит к ней, гриву растрепав: "Ай да мать! Право слово умница". А батрак стоит без портков. "Прости, -- говорит, -- матушка, что без порток пахал, вишь какая жара".
Вот сели они обедать; попадья глядь-глядь по сторонам: "Это кто там пашет?" -- "Отец дьякон", -- говорит поп. "Позови, поп, дьякона, а то скажет: вишь, не позвал". -- "Батрак, поди позови". Батрак пришел к дьякону и говорит: "Ну, отец дьякон, поп узнал, что ты с его попадьею живешь, хочет топором тебя срубить. Нарочно затем и зовет тебя". Дьякон не пошел. Батрак приходит и говорит попу: "Нейдет -- не хочет". Попадья говорит: "Эй, поп, поди сам, позови". Поп пошел. Батрак и кричит ему: "Захвати, батюшка, топор, у него собаки злы". Поп захватил топор.
Вот дьякон увидел, что поп идет с топором, да скорее бежать с пашни; поп за ним. "Что ты, дьякон, постой, постой!" -- Нет, тот все улепетывает. Попадья за ними вслед. Батрак подобрал все съестное-та, вышел на большую дорогу, сел, поедает да водочку попивает.
Наезжает на него помещик с борзыми и гончими собаками. "Не видал ли ты, мужик, каких зверей тут?" -- "Э, да вон тут побежал в яругу волк, за волком медведь, за медведем лисица". Помещик кинулся в яругу, распустил всех гончих и видит: поп бежит за дьяконом, попадья за попом... Плюнул и поехал куда ему надобно.
No 16. Поп у бабы и батрак[691]
Жил мужик (хохол) да баба; у них был работник -- хитрый, молодой. И повадился к той бабе поп ходить; как только услышит, что мужа дома нет, сейчас и прибежит к ней. Работник это заметил. Вот дело было в самый сенокос -- собрался мужик вечером ехать к морю за песком, запряг лошадей и выехал на улицу. "Послушай, хозяин, -- говорит работник, -- не езди нонче за песком, воротись потихоньку назад, -- увидишь, как твоя жена с попом гуляет". -- "Как же мне это сделать?" -- "А вот как". Взял работник лошадей, поворотил назад в сарай и говорит хозяину: "Вот тебе нож и мешок; садись в мешок, я тебя завяжу, а вот как хозяйка пошлет меня за щепками -- я тебя и принесу в избу. Тогда сам узнаешь, как твоя жена с попом прохлаждаются. Станут они пить, гулять и меня с собой посадят, а после заставят петь песни. Ты хорошенько слушай, что я запою -- так ты и делай".
Завязал мужика в мешок и пошел в избу. "Что, проводил хозяина?" -- спрашивает работника баба. -- "Проводил". -- "Ну, ступай скорей -- позови попа". Работник сбегал за попом; сели они за стол, стали угощаться. "Ну, работник, садись с нами; ведь ты, чай, совсем управился". -- "Совсем, хозяюшка! только вот щепок надо принести -- завтра печь топить по утру". -- "Ну, ступай, -- принеси". Работник побежал в сарай, притащил в избу мешок и положил под печку. Принялись они пить, гулять, песни затягивать. Поп порядком-таки подкутил и говорит работнику: "Спой-ка, свет, ты нам песенку". -- "Нет, пускай прежде хозяюшка споет". Хозяйка затянула: "Ой, поіихав мой Григорий! Да поіихав вин до моря! Ой, бог знае -- ой, бог висть, чи буде вин дома!" Потом запел работник: "Да чи чуешь ты, Григорий, што твоя жена говорить? Возьми нож, мех пореж; бери швидче макогон[692], давай жинки перегон -- жинку раз, попа два... трантата-трантата" -- "Славная песня, -- говорит поп, -- вот тебе за нее стакан водки! Спой-ка еще разок".