— Продать не продам, для пахарей обед несу. Но ты по душе мне пришлась, а еще больше—спутник твой. Коли с собой меня возьмете и муж твой меня женою назовет, накормлю!
Делать нечего, пришлось беглецам соглашаться. Утолили они голод и снова в путь. И девушка с ними.
Бегут они, бегут, снова силы на исходе, напиться бы, да. вблизи ни ручейка, ни колодца. Все сильнее жажда, все жарче солнце палит. Тут навстречу девушка с кувшином — работникам в поле воду несет. Бросились к ней обе жены, умоляют за любые деньги хоть глоток продать. А она в ответ:
— Денег мне не надо, только люб мне муж ваш. Коли возьмете меня третьей женой—напою.
Делать нечего, согласились беглецы. Напились и вчетвером дальше побежали. Долог ли путь их был, короток ли, только пришли они на берег широкой реки. А переправы нет. Как быть? Идти брод искать? А по пятам за ними воины вождя, вот-вот настигнут, пропали, видать, беглецы. Смотрят, а по реке лодка быстрая бежит, гонит ее проворным веслом девушка. Кликнули—мол, все, что хочешь, проси, только на другой берег переправь—а она и говорит:
— Не нужно мне ваше злато, не нужно добро всякое. Переправлю вас на другой берег, только пусть муж ваш и меня в жены берет.
Чего тут думать-гадать, согласились они, сели в лодку, в один миг на другом берегу очутились, не догнать их теперь. Спасся юноша от коварного вождя.
Много воды утекло в той реке с тех пор. В мире и согласии жил спасенный со своими четырьмя женами. А у них разум быстрый, руки умелые, вскорости богатство и благоденствие в доме их воцарилось. И родила каждая по сыну.
Раз ушел их муж возлюбленный на охоту, и приключилась с ним беда. Укусила его змея, и умер он в одночасье. И завета никакого не оставил. Как же меж детьми наследство разделить? Говорит сын первый:
— Кабы не моя мать, не уберегся бы отец от коварного вождя. Она его бежать подговорила.