— Смотри, смотри, все равно не высмотришь,— молвил ястреб.— Ушла Камале. Разве не предрекал я, что так все и обернется? Разве не говорил, что все женщины неверны и неблагодарны? Предала она вашу клятву, тебя предала. Заслышала веселье в деревне — враз о тебе забыла.
Понурился несчастный Доуга:
— Прости меня, мудрый ястреб. Верно, не послушал я твоих слов, а в них правда сущая. Спасибо тебе и прости, если можешь. Спасибо за то, что не исклевал ты мое тело молодое, а к жизни вернул. Сослужи уж мне и другую службу. Подскажи: как за порушенную клятву расплатиться?
Облетел ястреб Доугу трижды, обмахнул его своим крылом и говорит:
— Сейчас моими чарами стал ты еще краше, чем прежде, ни одна женщина перед тобой не устоит. Смотри же, не позволяй Камале обнять себя, иначе умрешь.— И, сказав это, прочь улетел ястреб.
Вернулся Доуга домой, умылся, нарядился в лучшее платье, взял меч и пошел на праздник. На площади все пляшут, поют. Смотрит Доуга, а женщин всех до единой к нему вроде сила какая тянет. И среди них Камале: узнала, всех растолкала, подбежала, кричит:
— И близко не подходите! Это мой возлюбленный! Никто его у меня не отнимет!— И тянется к Доуге, обнять хочет. Взмахнул он тут своим мечом и пополам неверную разрубил.
— Не стану больше тела ее стеречь! Пусть звери лютые поживятся!