Не помиримся с позором.

Так мы этого не бросим!

Призовем ее, и спросим!

Пусть сгорает от стыда!

Рассердились мы тогда.

- Почему, о Николетта,

Чьи глаза, как два стилета,

Вы связали ваше имя

Сразу с нами семерыми?

И ответ был дня ясней: