Это было поутру, в первом часу. Сижу, входит Иван.
– К вам дама.
– Проси.
Смотрю, отворяются двери, и входит женщина в черном, лицо под вуалью. Меня так и бросило в холод. Я вспомнил старый, не раз повторявшийся сон. Но вот она открыла лицо, и я увидел Бодягину.
– Вы? – сказал я в неописанном удивлении.
– Как видите.
Она была страшно бледна и имела расстроенный вид. Я усадил ее.
– Что с вами? Отчего у вас такое усталое, измученное лицо?
– Немудрено, – говорит. – С тех пор, как мы расстались, я не сомкнула глаз. Если бы вы знали, что происходило вчера после того, как вы ушли! Муж догадался, что у нас было что-то, и сделал мне страшную сцену. Он раздражен. Подозревает меня и вас. Грозит. О! Ради Бога, поберегитесь! Я только за тем и пришла, чтоб вас остеречь. Я ночь не спала от страха за вас. Боюсь, чтобы не случилось чего-нибудь.
Я спросил, что же, по ее мнению, может случиться.