Вера. Вы хотите купить его имя? Но это не честно.
Звенигорский. Для тебя, Вера, я не хочу, чтобы ты навсегда осталась опозоренной... Имя твоего мужа прикроет позорное пятно, лежащее на твоем имени. Если ты останешься опозоренной, то мою душу будут вечно терзать угрызения совести. (Берет ее за руку.) Ну, скажи же, ты не откажешься исполнить эту просьбу... (Пауза). Вера! Скажи, я умолю, умоляю тебя всем святым для тебя, не откажись, успокой меня и мою совесть...
Вера. Вы боитесь, что я в будущем могу в присутствии Вашей жены, объявить, что я Ваша любовница и требовать вознаграждения.
Звенигорский. Я не боюсь этого потому, что ты не способна на такой поступок, для этого ты слишком горда, а я слишком уважаю тебя, чтобы мог думать о таких вещах. Говори -- ты согласна на мое предложение? (Пауза). Вера! Пойми же, что, выйдя замуж, ты будешь обеспечена и защищена от всех злых толков, которые ходят про тебя, не отказывайся, согласись на мое предложение.
Вера. Яков Ильич, не меня Вы должны просить об этом, а того, кого хотите дать мне в мужья. Если согласится он взять меня замуж такою, какова я есть, то мне останется одно -- принять Ваше предложение.
Звенигорский. Больше мне ничего не надо, значит ты согласна?
Вера. Да уж лучше умереть ненавидимой одним мужем, чем оттолкнутой всеми.
Звенигорский. (целует ей руку). Ты не поверишь, как ты меня обрадовала и осчастливила, Вера. Благодарю, что ты не отказалась. Я, по крайней мере, буду не так жестоко мучиться и совесть моя не с такой силой будет упрекать меня и терзать мою душу. За эти дни я положительно измучился целым рядом угрызений и мыслями о твоей будущности.
Вера. Я никогда не видела Вас врагом.
Звенигорский. Но теперь?