Что же касается до дѣла о молодыхъ людяхъ, хлопавшихъ въ театрѣ (отчетъ объ этомъ дѣлѣ помѣщается нами ниже), то рѣшеніе мирового судьи не даетъ, кажется, на сей разъ никакого повода полиціи сѣтовать на мировой институтъ. Въ этомъ дѣлѣ не знаешь, чему болѣе удивляться: рѣшенію ли мироваго судьи, или притязаніямъ и поступкамъ полиціи. Мы говоримъ -- притязаніямъ, потому что тутъ на первый планъ выступаютъ именно притязанія полиціи опредѣлить мѣру апплодисментовъ и наблюдать за тѣмъ, чтобы представленіе не замедлялось. Любопытно бы знать, чѣмъ руководствуется московская полиція при такихъ соображеніяхъ? Сколько разъ, напримѣръ, дозволительно вызывать артистовъ,-- а извѣстно, что ничто такъ не замедляетъ представленія, какъ вызовъ На дняхъ мы прочли въ "Journal de St.-Petersbirg", при описаніи спектакля въ какомъ-то петербургскомъ театрѣ, что пѣвицу (едвали не г-жу Лукка) вызывали 12 разъ, что ее осыпали не только апплодисментами, но и букетами. Это уже верхъ безчинства! За такой поступокъ слѣдовало бы петербургской полиціи, подражая московской, отвести всю оперную публику прямо изъ театра, во фракахъ, мундирахъ и бѣлыхъ перчаткахъ, на съѣзжую и засадить въ "сибирку" или "кутузку", какъ выражаются оффиціально здѣсь въ Москвѣ. Достойно замѣчанія, что молодые люди, такъ горячо восхищавшіеся оперою "Жизнь за Царя" (кажется также не возмутительнаго содержанія! и пѣніемъ г-жи Оноре въ роли Вани, даже ни въ какихъ другихъ безпорядкахъ, кромѣ слишкомъ усерднаго и продолжительнаго апплодированья, и не обвиняются. Еще достойнѣе замѣчанія, что полиція (если ужъ дѣйствительно она не считала себя въ правѣ допускать излишняго одобренія таланту г-жи Оноре) не попыталась сначала остановить юный нылъ замѣчаніемъ и предостереженіемъ. Еще болѣе достойно замѣчанія, что рѣшившись удалить ихъ изъ театра, она не ограничилась тѣмъ, что вывела молодыхъ людей изъ литерной ложи и изъ 5 яруса до окончанія спектакля, но сочла, нужнымъ заключить ихъ въ "кутузку". Не менѣе достойно замѣчанія, что это заключеніе въ кутузку, которое по закону составляетъ одинъ изъ видовъ наказанія, произведено вовсе не въ видѣ наказанія, а такъ, ради того, чтобы не розыскивать ихъ мѣстожительства позднимъ вечеромъ и не. составлять тотчасъ же полицейскаго обвинительнаго акта. Между тѣмъ всѣ эти молодые люди не только не сопротивлялись при арестованіи, не только объявили тотчасъ свои имена и адресы квартиръ, но не подавали повода полиціи причислять ихъ къ бездомнымъ бродягамъ. Но удивительнѣе всего, что послѣ такого цѣлаго ряда дѣйствій, полиція захотѣлось еще предать ихъ суду! Невыразимо странное совокупленіе произвольнаго ареста, лишенія свободы, заключенія въ "кутузку" и просвѣщенныхъ формъ новаго мироваго суда!.. Къ счастію для полиціи, мировой судъ оправдалъ на сей разъ ея ожиданія и, признаемся, обманулъ наши. Не принявъ въ соображеніе яи заточенія молодыхъ людей въ "кутузкѣ", аи отсутствія обвиненія въ какихъ бы то ни. было беапорядкахъ, о коихъ говорится въ приведенныхъ судьею статьяхъ закона,-- побуждаемый, вѣроятно, желаніемъ поддержать авторитетъ полицейской власти (le prestige du pouvoir!).-- мировой судья приговорилъ ихъ къ значительному относительно вины денежному штрафу,-- въ такомъ однакожъ размѣрѣ, который не даетъ имъ нрава апеллировать на его рѣшеніе. Но каковъ бы ни былъ приговоръ судьи, и его приговоръ и дѣйствіе полиціи предстоятъ теперь, благодаря гласности судопроизводства, суду общественному, который, конечно, выскажется не въ ахъ пользу и нисколько не будетъ содѣйствовать усиленію авторитета и достоинства полицейской расправы. Кто же въ этомъ виноватъ?