лирический жар любви и той высокой мысли, во имя которой трудился он, - в
спокойное, юмористическое созерцание и изображение жизни. Человеческий
организм, в котором вмещалась эта лаборатория духа, должен был неминуемо
скоро истощиться... Нам привелось два раза слушать чтение самого Гоголя
(именно из 2-го тома "Мертвых душ"), и мы всякий раз чувствовали себя
подавленными громадностью испытанного впечатления: так ощутителен был для
нас этот изнурительный процесс творчества, о котором мы говорили, такою
глубиною и полнотою жизни веяло от самого содержания, так много, казалось,
изводилось жизни самого художника на писанные им строки. Да, если и ошибался
этот гениальный поэт в некоторых своих воззрениях (высказанных, например, в