Разрѣшается ли эта трудная задача современною дѣйствительностью? Едвали. Съ одной стороны крестьяне отказываются входить въ добровольныя соглашенія и продолжаютъ пребывать въ какомъ-то смутномъ ожиданіи, весьма не выгодномъ для нихъ самихъ и для всего государства въ отношеніи экономическомъ. Недостатокъ добровольнаго соглашенія, при всей готовности крестьянъ подчиниться закону, дѣлаетъ взаимныя отношенія ихъ и помѣщиковъ странными и неудобными, а отбываніе повинностей весьма непрочнымъ и ненадежнымъ. Ожиданія же и недоумѣнія крестьянъ мѣшаютъ имъ приняться за трудъ и вступить въ новыя условія своей жизни съ тѣмъ спокойствіемъ, настойчивостью и увѣренностью, которыя даетъ человѣку только опредѣленнесть его положенія.-- Съ другой стороны помѣщики... Но объ нихъ говорить нечего. Ихъ положеніе извѣстно всѣмъ. Скажемъ только, что если многіе, предпочитая скорѣйшую развязку дѣла, охотно жертвуютъ и въ состояніи жертвовать значительною частью своихъ настоящихъ матеріальныхъ вы/ годъ, то такого рода образъ дѣйствія для менѣе богатыхъ большею частью невозможенъ, да и не желателенъ, потому что клонился бы къ ихъ разоренію.
И такъ, какимъ же образомъ выйти изъ этой дилеммы, согласить я тѣ и другіе интересы, примирить требованія, истекающія изъ разныхъ противоположныхъ началъ, права бытоваго и права юридическаго, удовлетворить крестьянъ и ( помѣщиковъ, и такимъ образомъ содѣйствовать тому великому дѣлу, которое введено въ нашу историческую жизнь Положеніемъ 19 Февраля 1861 года?
Отвѣтъ на этотъ вопросъ предлагаемъ мы нашимъ читателямъ въ слѣдующей за нашей передовою статьею, статьѣ Д. Ѳ. Самарина. Намъ кажется, что она разрѣшаетъ вопросъ вполнѣ удовлетворительно, и что читатели оцѣнятъ всю ея современную важность и благонамѣренность -- въ серьезномъ, высокомъ смыслѣ этого прекраснаго слова, къ сожалѣнію опошленнаго злоупотребленіемъ. Авторъ, въ разговорѣ двухъ лицъ, сколько возможно, представилъ: съ одной стороны воззрѣніе, опирающееся на начало юридическое, съ другой -- воззрѣніе бытовое. Это послѣднее извѣстно намъ только по отрывочнымъ свѣдѣніямъ, только по отвлеченнымъ догадкамъ, и потому мы полагаемъ, что такое (по возможности полное) систематическое изложеніе народной мысли, знакомой автору по опыту, какъ хозяину и мировому посреднику, составляетъ уже само по себѣ замѣчательное явленіе въ нашей литературѣ. Еслибъ большинство помѣщиковъ признало это бытовое воззрѣніе и несправедливымъ, то оно, въ видахъ собственнаго интереса, не можетъ не признать его какъ могущественный существующій фактъ, который необходимо принять въ разсчетъ и соображеніе. Практическая же сторона дѣла, по мнѣнію нашему, способна удовлетворить обѣ стороны, не нарушая ни чьихъ правъ, соблюдая выгоды помѣщиковъ и полное уваженіе къ народному быту.
Впрочемъ въ этомъ общемъ дѣлѣ необходимо общее дружное содѣйствіе, и мы ждемъ строгой критики и оцѣнки отъ тѣхъ изъ нашихъ читателей, которымъ крестьянское дѣло вполнѣ знакомо и близко.