7...при встрече с господином Путятой... - Н.В. Путятой.
121
1.III 1 851
1 ... поздравляю вас с нынешним днем... -- днем рождения О.С. Аксаковой.
2 Какие прекрасные стихи Вы написали... -- Какие стихи были написаны и присланы С.Т. Аксаковым, выяснить не удалось.
3 ... прочел сперва письмо от вторника. - И. Аксаков получил два письма отца от 25 (воскресенье) и 27 (вторник) февраля. В письме от 27.II.<1851 г.> С.Т. Аксаков сожалел о резкости выражений в ранее отправленном письме. "Я был так взволнован, так раздражен, - оправдывался он, - что, вероятно, мое духовное состояние резко и грубо выразилось в письме моем. Я очень в этом раскаиваюсь. Вероятно, письмо огорчило тебя, но не подумай, чтоб я отказывался от мыслей, в нем выраженных: всё правда в нем и останется навсегда правдою. Я отступаюсь только от выражений. Никогда не испытывал я такой сильной и постоянной сердечной тревоги: третий день не уменьшается она, да, кажется, и не уменьшится, покуда окончательно не будет решена твоя будущность. Хотя я, по моему мнению, совершенно ее угадываю; но некоторое сомнение всегда остается до фактического исполнения мысли. Впрочем, я имею особенное свойство: я забегаю вперед, мучусь и рвусь тем, что должно случиться, и встречаю с твердостью самое событие" (ИРЛИ. Ф. 3. Он. 3. Ед. хр. 16. Л. 14). Константин тоже сообщал о беспокойстве отца: "Батюшка очень тревожится, опасаясь последствий..." (письмо Ю.Ф. Самарину <1851 г.> // РГАЛИ. Ф. 10. Оп. 4. Ед"хр. 97. Л. 94).
4 Константин хочет даже приехать навестить меня. - О своем намерении К.С. "Аксаков известил брата в письме <1851 г.> // РГБ. ГАИС/III. Карт. III. Ед. хр. 16. Л. 33 об.
122
5. III 1 851
1 ... получил я письмо... от Самарина. - Опубликовано: Письма. Т. II. С. 402-403. Ю.Ф. Самарин был огорчен рапортом И. Аксакова об отставке, считая, что дело это никак не связано" с теми "общими началами и убеждениями, в которых уступки не допускаются", шаг И. Аксакова квалифицировал как "необдуманный, незрелый", вызванный обидой (см.: Там же. С. 403). В письме К.С. Аксакову он высказался с еще большей прямотой: "В сущности все это дело было плевое - простая канцелярская отписка, облеченная... в глупую форму. Как бы она ни оскорбила И<вана> С<ергееви>ча, он не мог принять данное ему наставление за серьезное убеждение министра в несовместности службы с литературными занятиями. Это была придирка, ложь, а он отвечал на нее как на правдивое слово" (письмо К.С. Аксакову <от марта 1851 г.> // Самарин. Т. XII. С. 213). Из писем Самарина ясно, что И. Аксаков был прав, говоря, что из приятелей "никто не хочет стать на мое место" (см. 207 наст. изд.).