Обробел я пуще, и чем бы схватить поскорее

Руками иль пасть на него — обезумел я, грешный,

Забыл стариков запрещенье, схватил я за лесу…

Леса порвалася, головль перметнулся — и в воду!

А я?.. я стою, будто в камень меня обернуло,

За кончик оборванной лесы держуся руками,

Глаза устремив неподвижно на мокрое место,

На берег зеленый, головль где лежал серебристый…

И долго б стоял недвижим я, как в воду опущен,

Когда бы головль мой, почувствуя острое жало,