Раздел 2. Суть ли отношения, имеющиеся в Боге, тоже, что и его сущность?
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что отношение в Боге не есть то же, что и божественная сущность. Ибо Августин говорит, что «не все, что говорится о Боге, говорится о Его субстанции, поскольку некоторые вещи мы говорим в относительном смысле, как, например, об Отце по отношению к Сыну. Но это не относится к субстанции»[430]DeTrin.V. Следовательно, отношение не принадлежит к божественной сущности.
Возражение 2. Далее, сказано Августином, что «всякое высказывание об отношении предполагает существующим нечто, кроме самого отношения. Так, господин есть человек, и раб есть человек»[431]DeTrin. VII.. Поэтому, если в Боге имеются отношения, то должно существовать нечто, кроме отношений. Этим нечто может быть только Его сущность. Следовательно, сущность не есть то же, что и отношение.
Возражение 3. Далее, как говорит Философ, сущность отношения в соотнесенности с другим[432]Praedic. V.. Поэтому, если божественная сущность тождественна отношению, из этого следует, что божественная сущность как таковая есть отношение к чему-то другому что противно совершенству божественной сущности, каковая абсолютна и самосуща (3,4). Поэтому божественная сущность не есть отношение.
Этому противоречит следующее: все, что не входит в божественную сущность, принадлежит творению. Но отношение необходимо принадлежит Богу. Ибо если оно не входит в божественную сущность, оно есть творение. И это ничуть не противоречит поклонению единому Богу.
Отвечаю: по общему признанию мнение Гильберта из Пор-ре о том, что отношения в Боге носят лишь вспомогательный или внешний характер, было ошибочным, и позже на Реймском соборе он свою ошибку признал.
Для того, чтобы понять указанную здесь ошибку, рассмотрим следующее: в каждом из девяти родов акциденций следует отметить два момента. Во-первых, природа всякой акциденции как акциденции заключается в том, чтобы быть присущей субъекту. Другой момент касается особенной природы каждого из этих родов и состоит в том, что даже истинная идея всякого рода (как, например, количество и качество, но – кроме отношения) выводится из соотнесенности с субъектом; ибо количеством называется мера субстанции, а качеством – расположение субстанции. Однако истинная идея отношения выводится не из отношения к тому в чем оно имеет место, а из соотнесенности с чем-либо извне. Таким образом, если взять отношения даже в тварном мире формально как таковые, то о них принято говорить, что они являются «дополнительными», а не внутренне укорененными, поскольку в последнем случае они обозначают такую соотнесенность, которая оказывает воздействие на вещь и направлена от нее к чему-то другому. В то же время отношение, мыслимое как акциденция, присуще субъекту и имеет в нем акцидентное существование. Гильберт из Порре рассматривал отношение лишь в первом значении.
Итак, то, что имеет акцидентное существование в творениях, если оно мыслится применительно к Богу, имеет субстанциальное существование, ибо в Боге нет ничего случайного и все в Нем есть Его сущность. Следовательно, хотя в тварях отношение существует акцидентно, в Боге действительно сущее отношение принадлежит к божественной сущности и никоим образом не отлично от нее. Но в той мере, в какой отношение предполагает соотнесенность с чем-то другим, оно обозначает не сущность, но скорее ее противоположность.
Таким образом, действительно сущее в Боге отношение тождественно Его сущности и отличается лишь по способу постижения, так как под отношением подразумевается соотнесенность со своей противоположностью, не выраженная в понятии сущности. Итак, ясно, что в Боге отношение и сущность не разнятся между собой, но суть одно и то же.