Возражение 4. Этому противоречит сказанное Боэцием, что роды и виды существуют как субсистенции, тогда как индивиды существуют не только как субсистенции, но и как субстанции[446]De Duab. Nat.. Субсистенция носит такое название, поскольку она существует самостоятельно (subsistit)[447]Ibid., a субстанция или ипостась – поскольку она «стоит под» (substat) [акциденциями]. Следовательно, поскольку роды и виды не суть субстанции или личности, эти последние не суть то же, что и субсистенции.

Возражение 5. Далее, Боэций говорит, что материя называется ипостасью, а форма называется ousiosis, то есть субсистенцией[448]Com. Praed.. Но ни форма, ни материя не могут быть названы личностью. Поэтому лицо отличается от них.

Отвечаю: согласно Философу, субстанция двойственна[449]Metaph. V.. С одной стороны, она обозначает «чтойность» вещи, указываемую ее определением, и потому мы говорим, что определение указывает на субстанцию вещи; греки в этом значении называли субстанцию «усией», что соответствует нашей «сущности». С другой стороны, субстанция обозначает субъект или «подлежащее», которое входит в род субстанции[450]Metaph. V, 8.. В этом случае уместен интенциональный термин, понимаемый в общем смысле, а именно «подлежащее». Также к нему прилагаются три имени, называющие нечто реально существующее: «вещь природная», «сущее» и «ипостась» в соответствии с трояким рассмотрением субстанции. Так, поскольку оно [т. е. «подлежащее»] существует само по себе, а не в чем-то другом, оно называется «сущим», ибо о существовании вещей мы говорим тогда, когда они существуют сами по себе, а не в чем-то другом. Поскольку оно является основанием некой общей многим вещам природы, оно называется «вещью природной», как, например, некий конкретный человек называется природным существом. А поскольку оно лежит в основании акциденций, оно называется «ипостасью?или «субстанцией». То, что эти три имени обозначают как общее по отношению к роду субстанций, имя «лицо» обозначает по отношению к роду разумных субстанций.

Ответ на возражение 1. У греков термин «ипостась», взятый в строгом смысле, обозначает любую единичность из рода субстанций. Однако в обычном смысле он обозначает индивида разумной природы в силу превосходства этой природы.

Ответ на возражение 2. Подобно тому, как мы говорим о «трех лицах» Бога во множественном числе, или о «трех субсистенциях», греки говорили о трех ипостасях. Но так как слову «субстанция», которое, строго говоря, соответствует по своему значению слову «ипостась», в нашем употреблении свойственна двусмысленность – коль скоро оно может обозначать то сущность, то ипостась, – для того, чтобы избежать ошибки, предпочтительно использовать для обозначения ипостаси [термин] «субсистенция», а не «субстанция».

Ответ на возражение 3. Сущность в собственном смысле слова есть то, что выражается определением. Определение же включает в себя видовые признаки, но не индивидуальные. Ибо в вещах, состоящих из материи и формы, сущность обозначает не одну только форму или только материю, но соединение материи и формы как начало вида. Однако то, что состоит из «этой» материи и «этой» формы определяется как ипостась или лицо. Ибо душа, плоть или кости принадлежат природе человека, в то время как «эта» душа, «эта» плоть или «эти» кости принадлежат природе «этого» человека. Поэтому ипостась и лицо добавляют индивидуальные признаки к понятию сущности, и их не следует отождествлять с сущностью вещей, состоящих из материи и формы, как мы уже отметили при рассмотрении божественной простоты (3, 3).

Ответ на возражение 4. Боэций говорит, что роды и виды существуют постольку, поскольку они охватываются категорией субстанции, а не потому, что они существуют сами по себе. Лишь Платон утверждал, что виды существуют отдельно от единичных вещей.

Ответ на возражение 5. Индивид, состоящий из материи и формы, существует как субстанция в отношении акциденции по самому существу материи. Поэтому Боэций и говорит: «Простая форма не может быть субъектом»[451]DeTrin.. Свое самостоятельное существование он получает от природы его формы, которая не относится к вещам, существующим самостоятельно, но сообщает действительное существование материи и делает ее субсистенцией в качестве индивида. Поэтому Боэций сопоставляет ипостась с материей, а ousiosis, или субсистенцию, с формой, так как материя есть начало бытия субстанцией, а форма – начало бытия субсистенцией.

Раздел 3. Уместно ли слово «лицо» по отношению в Богу?

С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.