Этому противоречат слова [Писания]: «и был вечер, и было утро – день второй… день третий» и так далее. Но там, где есть второй и третий, там есть больше чем один. Следовательно, то никак не могло быть одним днем.
Отвечаю: по этому вопросу мнение Августина расходится с мнением других толкователей. Он полагал, что все те дни, которые обозначены числом семь, на самом деле были одним семикратно повторенным днем[434]Gen. ad Lit.. IV, 22; De Civ. Dei XI, 9., в то время как другие убеждены, что речь идет не об одном, а именно о семи днях. И хотя эти мнения, понятно, весьма отличаются друг от друга, тем не менее, оба они основываются на буквальном толковании книги Бытия. Просто Августин под словом «день» понимал познание в уме ангелов и потому считал, что первый день обозначает их познание первых божественных дел, второй день – вторых дел и так далее. Поэтому, когда читаем о делах, сделанных Богом в тот или иной из тех дней, то это так потому, что Бог не соделал во вселенной ничего такого, что не было бы отпечатлено в познании ангельского ума. А так как последний может одновременно познавать множество вещей, и особенно в Слове, в Котором ангельское познание усовершается и завершается, то и различие дней обозначает естественный порядок познания вещей, а не последовательность в обретении познания или в самом создании вещей. «Днем» же ангельское познание названо в силу того, что причиною дня является свет, под каковым именем, по словам Августина, обозначена духовная природа[435]Gen. ad Lit.. IV, 28.. Другие [толкователи], со своей стороны, придерживались мнения, что дни обозначают именно последовательность, причем как во времени, так и в создании вещей.
Если, однако, рассматривать оба эти толкования с точки зрения модуса сотворения, то их отличие будет не столь уж существенным, тем более, если принять во внимание, что расхождения между Августином и другими авторами, как было указано выше (67, 1 ; 69, 1), касаются двух пунктов. Во-первых, по мнению Августина, под первыми сотворенными вещами – землей и водой – следует понимать бесформенную материю, а под созданием небесной тверди, собранием вод и появлением суши – отпечатывание форм в телесной материи. Однако другие святые авторы под сотворенными в начале землей и водой понимали элементы вселенной, получившие самобытие в присущих им формах, а под последующими делами – определенные степени различения в уже существовавших телах, о чем также было говорено (67, 1, 4; 69,1). Во-вторых, некоторые авторы думали, что в результате дел тех шести дней растения и животные были произведены актуально, тогда как по мысли Августина – потенциально. Но мнение Августина о том, что дела тех шести дней были произведены одновременно, полностью совместимо с любым видом модуса сотворения. В самом деле, большинство других авторов согласны с ним в том, что при первом сотворении вещей материя существовала под субстанциальной формой элементов, и [большинство из них] также согласно, что при первом основании мира животные и растения актуально не существовали. Остается, однако, еще одно четверное различие, ибо, согласно последним, было время, когда не было света, небесная твердь еще не была оформлена, земля была полностью покрыта водами, и не были оформлены небесные тела (и это – четвертый момент различия), каковое мнение трудно совместить с толкованием Августина. Что касается этого вопроса, то, дабы сохранить объективность, надлежит прежде выслушать аргументы обеих сторон.
Ответ на возражение 1. В тот день, в который Бог создал небо и землю, Он также создал и всякий полевой кустарник, но не актуально, то есть как существующий в действительности, а «который еще не произрастал на земле»[436]В каноническом переводе не «который еще не произрастал на земле», а «которого еще не было на земле»., то есть потенциально. И это дело Августин относит к третьему дню, а другие авторы – к первому основанию мира.
Ответ на возражение 2. Бог создал все вещи разом с точки зрения их субстанции, но [при этом] с некоторой степенью бесформенности. Но Он не создал все вещи разом в том отношении, в каком оформленность вещей заключается в их различении и украшении. Поэтому [в данном случае] определяющим является слово «создание».
Ответ на возражение 3. В день седьмой Бог почил от делания новых вещей, но не от промысла об их умножении, а это дело было частью дел всех дней, следующих за днем первым.
Ответ на возражение 4. Все вещи не были различены и украшены разом не потому, что божественные пожелания и энергии нуждаются во времени для своего осуществления, а потому, что при основании мира было необходимо соблюсти должный порядок. В связи с этим различным состояниям мира были отведены различные дни, в которые каждое [новое] дело последовательно прибавляло к миру новое состояние совершенства.
Ответ на возражение 5. Согласно Августину, порядок дней отражает соотнесенный с днями естественный порядок дел[437]Под «пятым возражением» имеется в виду бытующее во времена Фомы «возражение» на приведенные «возражения», – то, что начинается словами: «Этому противоречит..» и т. д.
Раздел 3. Насколько подходящими словами пользуется священное писание при повествовании о делах тех шести дней?
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.