Возражение 2. Далее, исследование является дискурсивным актом ума, по каковой причине его не следует приписывать Богу, познание Которого не дискурсивно, что уже было доказано в первой части (14, 7). Но решение приписывается Богу, поскольку сказано, что «Он совершает все по решению воли Своей»[263]В синодальном переводе: «… по определению совершающего все по изволению воли Своей». (Еф. 1:11). Следовательно, принятие решения не является исследованием.

Возражение 3. Далее, исследование касается того, относительно чего имеются сомнения. Но совет дается относительно того, что является несомненным благом, в связи с чем апостол говорит: «Относительно девства я не имею повеления Господа, а даю совет» (1 Кор. 7:25). Следовательно, принятие решения не является исследованием.

Этому противоречит сказанное Григорием Нисским о том, что «каждый совет – исследование, но не каждое исследование – совет»[264]Nemesius, De Nat. Horn..

Отвечаю: выбор, как уже было сказано (13, 3), следует из суждения разума о том, что надлежит сделать. Однако [у нас] есть все основания сомневаться в том, что надлежит сделать, поскольку [наши] действия связаны с вещами единичными, случайными и – в силу своей изменчивости – неопределенными. Но если речь идет о вещах сомнительных и неопределенных, то разум не выносит суждения без предваряющего исследования. Итак, разум, прежде чем выбрать тот или иной объект, необходимо подвергает его исследованию, и это исследование называется принятием решения. Поэтому Философ говорит, что выбором является то пожелание, «о котором заранее принято решение»[265]Ethic. Ill, 4..

Ответ на возражение 1. Когда действия двух способностей определены друг к другу, в каждом из них можно обнаружить нечто, принадлежащее другой способности, и потому такие действия могут именоваться по любой из этих способностей. Но очевидно, что и направляющий к средствам акт разума, и склоняющий – в соответствии с заданным разумом направлением – к этим средствам акт воли определены друг к другу Поэтому в том акте воли, который мы называем выбором, обнаруживается нечто от разума, а именно порядок, а в том акте разума, который мы называем принятием решения, обнаруживается нечто от воли – как в смысле материи (поскольку принятие решения есть то, через посредство чего человек желает делать), так и в смысле движущей силы (поскольку желание цели подвигает человека к принятию решения относительно средств). Поэтому Философ говорит, что выбор – это «ум, движимый стремлением»[266]Ethic. VI, 2., тем самым указывая на общность их действий при осуществлении выбора, а Дамаскин [со своей стороны] пишет, что обсуждение есть «желание, соединенное с исследованием»[267]De Fide Orth. II., этим как бы говоря, что обсуждение принадлежит как воле, по побуждению которой и ради которой проводится исследование, так и проводящему исследование разуму

Ответ на возражение 2. То, что мы говорим относительно Бога, должно пониматься без какого бы то ни было обнаруживаемого в нас несовершенства. Так, наши научные знания обретаются нами в результате рассуждений, связывающих причины со следствиями, но когда говорится о божественной учености, то это означает не что иное, как несомненное и без каких бы то ни было рассуждений знание всех следствий в Первой Причине. Подобным же образом мы приписываем Богу и принятие решения, а именно в смысле несомненности Его знания или суждения, каковая уверенность у нас появляется в результате исследования принимаемого решения. Но такого рода исследования не имеют места в случае Бога и потому не приписываются Богу, в связи с чем Дамаскин говорит, что «Бог не обдумывает [Своих действий], поскольку обдумывание есть следствие неведения»[268]Ibid..

Ответ на возражение 3. Нередко случается так, что то, что является несомненным благом с точки зрения людей духовных и мудрых, вовсе не очевидно благо по мнению остальных или, по крайней мере, людей суетных. Поэтому в подобных случаях совет бывает уместным.

Раздел 2. Относится ли принятие решения только к средствам или также и к цели?

Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что принятие решения относится не только средствам, но также и к цели. В самом деле, все, что представляется сомнительным, может быть предметом исследования. Но в человеческих делах приходится порою сомневаться не только в средствах, но также и в цели. И коль скоро исследование относительно того, что надлежит сделать, является принятием решения, то похоже на то, что принятие решения может относиться к цели.