Ответ на возражение 1. Одно и то же действие не может принадлежать нескольким способностям одинаково и в одной и той же степени, но – только с разных точек зрения и в различных степенях.
Ответ на возражение 2. «Осознанность» является необходимым условием нравственной добродетели, поскольку нравственная добродетель действует сообразно правильному суждению. Но нравственная добродетель сущностно принадлежит желанию.
Ответ на возражение 3. Рассудительность действительно находится в разуме, а правоту воли предполагает в качестве своего начала, о чем речь у нас впереди (56, 3; 57, 4).
Раздел 3. МОЖЕТ ЛИ УМ БЫТЬ СУБЪЕКТОМ ДОБРОДЕТЕЛИ?
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что ум не может являться субъектом добродетели. Так, Августин говорит, что всякая добродетель – любовь[133]De Мог. Eccl. XV.. Но субъектом любви является не ум, а желающая способность. Следовательно, ни одна из добродетелей не находится в уме.
Возражение 2. Далее, как явствует из вышесказанного (55, 3), добродетель относится к благу. Но благо является целью не ума, а желающей способности. Следовательно, субъектом добродетели является не ум, а желающая способность.
Возражение 3. Далее, добродетель, как говорит Философ, «доводит до совершенства то, добродетелью чего она является»[134]Ethic. II, 5.. Но навык, который доводит до совершенства ум, не доводит до совершенства его обладателя, поскольку никто не говорит о человеке, что он благ, в связи с его ученостью или искусностью. Следовательно, ум не является субъектом добродетели.
Этому противоречит следующее: разум, называемый также умом, является субъектом добродетели, что явствует из вышеприведенного определения (55, 4). Следовательно, ум – это субъект добродетели.
Отвечаю: как уже было сказано (55, 3), добродетель – это навык, благодаря которому мы совершаем хорошие поступки. Но навык может быть определен к благому действию двояко. Во-первых, постольку, поскольку благодаря навыку человек приобретает способность поступать правильно; например, навык грамотности позволяет человеку правильно говорить. Но грамматика не может принудить человека всегда говорить правильно; так, грамматик может допускать варваризмы или солецизмы, и то же самое можно сказать о других науках и искусствах. Во-вторых, навык может наделять не только способностью к действию, но еще и правильным пользованием этой способностью; например, правосудность не только наделяет человека желанием совершать правосудное действие, но также понуждает его действовать правосудно.