В-третьих, было предзнаменование Страстей во время тайной вечери. Для обозначения этого в третьем месте он крестится дважды: один раз при освящении тела, другой – при освящении крови (каждый раз, когда говорит: «Благословив»).

В-четвертых, были сами страсти Христа. Для обозначения пяти Его ран в четвертом месте наличествует пятикратное крестное знамение со словами: «Чистая жертва, святая жертва, безупречная жертва, святой хлеб вечной жизни и чаша вечного спасения».

В-пятых, распятие тела Христа, пролитие крови и плоды Страстей обозначаются троекратным крестным знамением со словами: «Приносим хлеб жизни и чашу спасения и благодарим Тебя…» и так далее.

В-шестых, представляется троякое моление Христа на кресте: одно – о Своих гонителях, когда Он сказал: «Отче! Прости им»; второе – об избавлении от смерти, когда Он возопил: «Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил?»; третья касается Его вступления в славу, когда Он сказал: «Отче! В руки Твои предаю дух Мой!». Обозначением этого служит троекратное крестное знамение и слова: «Святой, воскресший, благословенный».

В-седьмых, представляются те три часа, от шестого до девятого, которые Он провисел на кресте, обозначая которые мы еще раз совершаем троекратное крестное знамение, говоря: «Через Него, и с Ним, и в Нем».

В-восьмых, отделение Его души от тела обозначается двумя последующими крестными знамениями над чашей.

В-девятых, воскресение в третий день представляется тремя крестными знамениями, сопровождаемыми словами: «Мир Господа нашего да будет всегда с вами».

Короче говоря, освящение этого таинства и причащение этой жертве и плодам зиждутся на силе креста Христова, и потому всякое его упоминание сопровождается крестным знамением священника.

Ответ на возражение 4. После освящения священник совершает крестное знамение не с целью благословения и освящения, а лишь для того, чтобы, как явствует из вышесказанного, призвать к поминанию силы креста и страданий Христа.

Ответ на возражение 5. Действия, исполняемые священником во время мессы, никоим образом не являются нелепыми жестами, поскольку они служат для представления чего-то еще. Так, простертые руки священника обозначают распростертые на кресте руки Христа. Он также поднимает руки во время молитвы, тем самым показывая, что его молитва направлена к Богу за людей, согласно сказанному [в Писании]: «Вознесем сердце наше и руки к Богу, сущему на небесах» (Плач. 3:41); и еще: «Когда Моисей поднимал руки свои – одолевал Израиль» (Исх. 17:11). Время от времени он складывает руки и кланяется, молясь ревностно и смиренно, тем самым обозначая приведшие к мукам кротость и покорность Христа. После освящения он прячет свои пальцы, а именно большой и указательный, которыми он касался освященного тела Христа, чтобы не просыпать ни одной из оставшихся на пальцах частиц, и это связано с почитанием этого таинства.