Посыпались вопросы, главным образом, узко-специального содержания.
Проф. Ольден предупредительно отвечал. Однако, на многие вопросы он давал уклончивые ответы.
Наконец, кончились прения. Публика медленно направилась к выходу, очарованная всем виденным и слышанным. Она была под обаянием великого, гениального творчества.
Ученые тотчас же окружили профессора Ольдена. Вообще его недолюбливали за его необщительность, сухость и даже высокомерие. Но его гениальность признавалась даже его врагами.
Проф. Ольдену жали руки. Но это не были горячие дружеские рукопожатия. Это был молчаливый знак глубокого, но холодного уважения.
Вдруг из толпы ученых выделился молодой человек лет 30. Он, улучив момент, обратился к профессору.
— Простите мою смелость, г. профессор. Я доцент Гамбургского университета — Дит Генрих Моор. Я прислан факультетом специально на ваш доклад. Я хотел бы, с вашего позволения, познакомиться с вашей лабораторией и с методами вашей работы. Если вы не будете иметь ничего против, я буду вам чрезвычайно благодарен.
Проф. Ольден холодно посмотрел на говорившего и сухо ответил:
— Рад вам услужить, мистер Моор, и с удовольствием исполню вашу просьбу. Буду вас ждать завтра в 12.
Молодой ученый поблагодарил и направился к выходу.