— Да... Это пустяки... Мы опоздаем! — сказала Елизавета и быстро пошла дальше, кивнув головой англичанину и извозчику. Матрос, уже собиравшийся втянуть сходни, остановился, увидев опоздавших дам. Они взошли на пароход.
— Наверное, ничего? Не больно? Совсем не больно? — спрашивала графиня; она не могла прийти в себя от неслыханного происшествия.
— Чуть-чуть... Кажется, чуть больно... Я, верно, очень бледна? Дайте мне руку, — прошептала императрица. Она зашаталась и медленно опустилась на палубу. Графиня Старэй закричала. К ним поспешно подошла пассажирка, госпожа Дардалль.
— Это, верно, обморок. У меня есть соли, я вам принесу, — сказала она и побежала к оставленному ею на скамейке чемоданчику. Графиня опустилась на колени, стараясь поднять с пола голову императрицы. К ним подходил капитан Ру.
— Эта дама чувствует себя плохо? Вы можете еще сойти на берег. Скоро будет другой пароход. Позвольте вам помочь, — сказал он, нагибаясь и изумленно глядя на упавшую даму. Но пароход как раз дрогнул и отчалил.
— Обморок... Это ничего... Это ничего... Нет ли здесь врача? — шепотом спрашивала графиня.
— Врача на пароходе нет. Но мы перенесем ее в каюту, там мягкие диваны.
— Не надо в каюту, — сказала госпожа Дардалль. Вот соли... Дайте воды... Или лучше перенесем ее на верхнюю палубу, здесь около машины очень жарко... Дама очень бледна, — говорила она. Капитан и два пассажира подняли императрицу, по лесенке перенесли ее наверх и положили на скамью, не зная, что подложить под голову. Госпожа Дардалль поднесла ей к лицу склянку с солями. Императрица очнулась, с ужасом взглянула на собравшихся вокруг нее людей и, опираясь руками о скамью, кое-как приподнялась.
— Что это? Что случилось? — прошептала она.
— Вы упали... Это пустяк... Позвольте, я расстегну... Вам уже лучше, правда?