– Что, вам верно наш храм не нравится? Недостаточно рационалистично, правда? На Николая Юрьевича не пеняйте. Он только и хотел, чтобы обойтись без всего этого. Мы его долго убеждали, что простой философский кружок мира не завоюет. Не убедили, но он кое в чем уступил.
– А теперь, со статуей и с календарем, «Афина» завоюет мир?
– Если вы относитесь к обществу с предвзятой иронией, то вам лучше тотчас расстаться с нами.
«Кажется, я так и сделаю», – подумал Яценко.
– Послушаю доклад Николая Юрьевича. Я выговорил себе право уйти в любое время.
– Тут и выговаривать ничего не требовалось. Это право каждого. Может быть, и я уйду.
– Вот как?.. Вы меня спрашивали, почему я вошел в «Афину». Могу ли я спросить о том же вас? Ведь я теперь «брат».
– Видите, вы слово «брат» даже и произносите в кавычках… Да, вы у нас не засидитесь, я знаю. Каждый понимает «Афину» по-своему. Я пришла к ней издалека. Лет шесть тому назад я хотела уйти в монастырь.
«Так и есть. Щеголяет своей „мятущейся душой“. Ох, не люблю», – подумал Яценко.
– Вы, вероятно, многое перепробовали в жизни?