– Поздно для чего?
Она с вызывающей, прежней, улыбкой смотрела на него.
– Много будете знать, скоро состаритесь. Это у нас есть такая поговорка, – сказала она.
– Я ни о чем вас не спрашиваю. Если хотите что-либо рассказать, расскажите. – Давайте посидим где-нибудь, на прощание, – сказал он, всматриваясь в нее все внимательнее. «Может быть, она от волнения перед приездом даже увеличила дозу? Тогда сейчас же все о себе расскажет"…
– С большим удовольствием. Я сама хотела вам предложить это, – с вызовом в тоне ответила она. Только ведь вы в сущности не знаете, кто я такая. Может быть, я агентка Коминтерна?
– Я думаю, вы последняя женщина, которую большевики взяли бы в агентки, – сказал он, смеясь.
– Почему? – быстро спросила она. – Потому что я ненормальна?
– Потому, что вы слишком нервны. Впрочем, я не настаиваю, им могут быть нужны всякие люди. Так вы агентка Коминтерна?
– Я сама не знаю, – ответила она серьезно.
«Уже пьяна!» – тревожно подумал Норфольк.