Расстановкой мебели распоряжалась жена. Мною – тоже.
– Переставь кресло вот сюда. Хорошо. Подвинь шкаф к окну. Стой! Не так близко, оттяни влево…
Я стал исполнителен и безинициативен – получалось уютно – и красиво, и удобно.
За этой возней я успел узнать, как все произошло. Тесть получил командировку в харьковский военный округ, а жена воспользовалась этим, чтобы перевезти мебель. В мае-июне она должна была окончить институт, нас ожидало какое-то подобие брачного быта, пока я еще курсант.
Тесть целыми днями сидел в округе, а мы разгуливали по Харькову. После однообразно белой и замызганной Винницы Харьков покорил сердца Тани и ее отца. Раза три мы ходили с тестем в школу, и я делал вид, что слежу за уроками, не оставляю занятий и дома. Записывал, выписывал, наскоро переписывал. Тесть проводил время в беседах с начальством.
Однажды помощник начальника школы по политической части (помполит) вдруг спросил меня:
– А почему вы до сих пор кандидат? Почему не подаете заявления о переводе в члены партии?
– Еще не вышел кандидатский срок, товарищ помполит.
– Это не имеет значения, – подхватил тесть.
– Совершенно верно, товарищ генерал-майор! – отозвался помполит, – курсант Бражнев отличник, и это поможет делу. Пишите заявление, товарищ курсант Бражнев…