Палач догнал нас около выходной двери:
– Ну что, понравилось? Какие нежности! А мы ведь все это делали, когда они еще живые были!..
Придя в общежитие, мы легли в постель. Оба проворочались с боку на бок до утра.
Было тошно и страшно.
Мы даже не заметили, как поднялся старший по комнате и скомандовал: «Подымайсь!» Мы вскочили, сделали утренний туалет и стали в строй на завтрак. В строю нам объявили, что в 10 часов – общее построение. Мы позавтракали или, вернее, посидели за завтраком, так как аппетита совершенно не было. После завтрака направились в свое общежитие.
В строю нам объявили, что сегодня, 10 февраля, в 23 часа мы все по распоряжению наркома внутренних дел Украины выезжаем в город Рава-Русская для специального инструктажа. Там будет сам народный комиссар Украины. Оттуда будем направлены для выполнения специального задания. В 21 час все должны быть готовы. «Разойдись!»
В 12 часов мы пошли на обед. В столовой нам объявили, что в 16 часов общее построение на дворе, но без вещей.
Вернувшись в общежитие, легли на час отдыха, а в 16 часов уже стояли в строю. Перед строем – работник НКВД в чине младшего лейтенанта.
– Товарищи, – начал он, – у нас вчера замечено крупное нарушение воинской дисциплины, а может быть, и больше того. Два сержанта (я их, конечно, сейчас объявлять по фамилии не буду) напоили командира охраны специального помещения и проникли с ним в подвальное помещение, где хранятся боевые припасы новейшей техники. Вход туда запрещен, за исключением лиц, уполномоченных на это. Это – вылазка классового врага! Я думаю, что эти два товарища сейчас выйдут из строя и расскажут нам, как это произошло.
Шеренги стояли на месте, и никто из строя выходить не собирался… После краткой паузы начальник закричал не своим голосом: