Буд. Если благочестиваго отшельника иногда тянетъ къ грѣху, почему не допустить, что и грѣшника иногда тянетъ къ добру?
Таня. Мнѣ не до шутокъ. Неужели не видишь?
Буд. Что именно?
Таня. Я ждала тебя съ нетерпѣніемъ... Я здѣсь -- задыхаюсь... Я ни въ чемъ не обвиняю мужа... онъ хорошій, очень хорошій... И мнѣ даже стыдно обманывать его... и Марью Львовну... Я скрыла отъ тебя разговоръ съ ней... зимой...
Буд. Напрасно. Какой?
Таня. Догадывается. Я не хотѣла тебя тревожить... Обманывать такого, какъ онъ, гадко... потому, можетъ быть, и злюсь на него...
Буд. Логика!
Таня. Вообще, я осатанѣла отъ лжи и путаницы. Этотъ мѣсяцъ я много думала, я состарѣлась на нѣсколько лѣтъ... и я рѣшила разрубить Гордіевъ узелъ...
Буд. Какимъ способомъ?.. Разрубай, не нанеси раны...
Таня. Ты меня любишь?