Таня (притворяясь непонимающей). Кому?
Мар. Льв. Вашему прощанью. Я не подсматривала, но вы слишкомъ неосторожны, или вѣрнѣе -- слишкомъ наглы.
Таня. Марья Львовна...
Мар. Льв. Я своими глазами видѣла... Трогательная сцена.
Таня. Да, вы думаете... трогательная. ( Засмѣялась). Угадали! (Отошла, сѣла).
Мар. Льв. Тебѣ смѣшно? Надъ кѣмъ смѣешься? Надо мной?
Таня. Надъ всѣми, и надъ собой.
Мар. Льв. Я избѣгала бывать у васъ, не хотѣла встрѣчаться съ нимъ... Я не могла, я выдала бы себя... Знать, что надъ близкимъ, дорогимъ человѣкомъ глумятся,-- обманываютъ... Бояться каждую минуту,-- не узналъ ли, на что толкнуло отчаяніе?!... И чувствовать, что руки связаны, что должна молчать! Ты создала для меня такую нравственную пытку, но сегодня, вы такъ мнѣ противны -- я не выдержу! Гдѣ же твое обѣщаніе, гдѣ твое честное слово? Лгунья!
Таня. И мнѣ сегодня всѣ противны и никого не жаль. И не хочу я больше скрывать... (Охватила рукой колѣно, говоритъ съ какой-то загадочной улыбкой). Да... я не рвала съ Будаемъ... Не могла... (Какъ бы отвѣчая сама себѣ). И въ сущности -- не любя. (Встала).
Мар. Льв. Откровенно. Значитъ только? Да, ты вполнѣ достойна твоего любовника.