Таня (потерла руку, говоритъ злобно). Не погибнешь... только поговоришь... Неужели нельзя разойтись просто?... Ну, поженились... пожили... разочаровались... И разошлись... Такое обычное явленіе. Къ чему трагедія! Ты скоро утѣшишься (съ ироніей) и даже напишешь на эту тему новый разсказъ.
Слав. (зло, иронически) Дѣйствительно, такъ все просто: только разойтись, сломать жизнь, бросить ребенка!... Куда же проще... Ну-съ, а съ тобой что будетъ?
Таня. Я не хочу сейчасъ думать о будущемъ. За богатаго ли выйду, въ оперетку ли поступлю, въ содержанки ли пойду -- сейчасъ мнѣ все -- все равно... А вамъ никому нѣтъ дѣла... Теперь я поняла и пришла къ убѣжденію, что умная женщина сама никогда не должна любить... А ее должны любить... Да.
Слав. И все равно, сохранятъ ли уваженье?
Таня. Уваженье?... Съ меня довольно обожанья. Не остаться ли здѣсь? Принять ваше прощенье? Великодушный совѣтъ старой идеалистки? Нѣтъ, милый мой, нашъ разрывовъ сущности, не сегодня начался, давно я чувствую себя связанной, а этого я не выношу. И не въ Будаѣ дѣло. Я не знала куда дѣваться отъ скуки, я отъ какого-то прозябанія...
Слав. Боже мой!
Таня. А ты... развѣ постарался сдѣлать нашу жизнь красивѣе?.. Для тебя счастье -- твои грезы, а я...
Слав. А ты?
Таня. И Колгушинское мнѣ противно и твое -- чужое. (Короткая пауза. Овладѣвъ собой). Прощай! Какое злое лицо!.. Не надо! (Сорвала цвѣтокъ, подаетъ Славушкѣ). Возьми на память. ( Славушка отстранилъ ея руку). Не хочешь?... (Бросила на столикъ). А все-таки ты не скоро меня забудешь... Поскучай... Ну, хотя до новыхъ цвѣтовъ... А тамъ кѣмъ-нибудь увлечешься и будетъ тебѣ казаться, что любишь самой сильной любовью.
Слав. Уходи!