Слав. На что?
Петр. Георг. Старую пару передѣлалъ: хорошо?
Слав. Очень.
Петр. Георг. А меня немножко безпокоило... Ну, иду... (Уходитъ ).
Слав. (сидитъ нахмурившись).
Таня (подошла къ Славушкѣ, сѣла). Нахмурились... Бросьте!.. Ну-съ, продолжаемъ насчетъ моего замужества... Нѣсколько торговыхъ домовъ дѣлали предложеніе нашему торговому дому и общее собраніе пайщиковъ (перечисляетъ по пальцамъ) -- мама, дядя, братецъ, смотрѣли благосклонно на нѣкоторыя изъ этихъ предложеній... Но, несмотря на указаніе устава, что всѣ вопросы рѣшаются большинствомъ, я говорила "ветто", "не позволимъ" и (разводя руками), сдѣлка не могла состояться. Было еще нѣсколько золотоискателей, но не интересныхъ. Отвадила. Считаютъ гордой и не совсѣмъ нормальной. А по словамъ моей тети-старушки, я останусь вѣкоушкой, старой дѣвой. Намекала даже на скитъ, гдѣ-то въ Костромской губерніи... Мама оттуда. Наша прабабушка сама себя сожгла... ( Искреннимъ тономъ). А хорошо умѣть такъ сильно вѣрить, хорошо быть сильной, смѣлой!..
Слав. Я могъ бы представить васъ и на какомъ-нибудь экзальтированномъ радѣніи, и!.. на эстрадѣ кафе-шантана.
Таня. Бросимъ анализировать мою персону. Скажите лучше, по старой дружбѣ, почему исчезли? Вообще, что съ вами? Отъ меня вы не должны скрывать. Я вашъ другъ, единомышленникъ... Вы знаете съ какимъ интересомъ я отношусь къ вашей работѣ... Я ваша поклонница... Не влюбились-ли?
Слав. Нѣтъ. (Пауза). Не изъ влюбчивыхъ.
Таня. Спрошу иначе: любите?