-- Эдакъ нельзя говорить, Аннушка; можетъ быть, Алексѣй съ Рѣдькина и вправду понравится, такъ я будетъ твой суженый.
-- Ха, ха, ха! довольно громко захохотала Аннушка; рябой-то {Нѣсколько рябинокъ на лицѣ.}, пѣнтюхъ-то {Простой, молчаливый парень.} этотъ, пѣстунъ-то {По росту годится въ няньки, въ пѣстуны.}, чушка-то {Кто насупившись и молча сидитъ.}, нахмурка-то {Кто нахмурившись сидитъ.}, и мнѣ за него идти, чтобъ подружки просмѣяли; не бывать этому! Слышишь, Надежа; вѣдь, это пѣнтюхъ рѣдькинскій ко мнѣ сватается!
-- Такъ что жъ, Аннушка, онъ женихъ не худой, сказала Надежа.
-- И ты за него! ладно, пусть я одна, заплакала Аннушка. Она какъ не была бойка, а чувствовала, что ей не устоять противъ воли матери.
-- Ну, Аннушка, какъ ты еще глупа, я не считалъ тебя такой. Ни коня, ни воза, а ты ужъ и въ слезы.
Тутъ вошла ея мать и я замолчалъ; Аннушка отвернулась и вытерла платковъ слезы.
-- Чего я взаправду плачу, сказала тихо Аннушка, пусть, что хотятъ, то и дѣлаютъ со мной; не пойду! Куда бы мнѣ ужо спрятаться, али уйти куда? Пусть ищутъ.
-- Погляди, Аннушка, наши молодцы на улицѣ, побѣжимъ, что горевать-то? сказала Надежа.
Аннушка и подружки ея ушли.
Аннушка правду сказала, что сватъ опять прядетъ. Не прошло и 2-хъ часовъ, какъ онъ, раза два взглянувъ въ окно, вошелъ въ избу. Въ этотъ разъ онъ засталъ двухъ старшихъ сестеръ и брата Аннушки, которые воротились изъ гостей. Сватъ тоже самое говорилъ, что и прежде, и на томъ же порѣшили, что надо посмотрѣть жениха. Сватъ нарочно приходилъ въ другой разъ для того, чтобы поговорить съ сестрами невѣсты.