- Я не страшный! - Кузька даже обиделся. - И жаром не пышу! То есть не пыху… Не пыхаю. - Кузька совсем запутался. - А вот вы кто?
- Мы снежинки, Деда Мороза внучки, Вьюги, Пурги и Метелицы племянницы.
Домовенок уставился на девочек. Он так и не понял, сколько их, так как полупрозрачные личики и белые снежные шубки так и мелькали перед его глазами. Непоседы заливались веселым смехом и посыпали все вокруг чистыми снежинками.
- Помогите мне! - жалобно проговорил Кузька, барахтаясь в сугробе. Его лапоточки скользили на ледяной поверхности речки, а пушистый снежок забивался в рот и под одежду. Бедный домовенок совсем продрог.
- А ты правда не горячий? Жаром не пышешь? - опасливо осведомились снежинки. Они боялись прикасаться к Кузьке.
- Нет, - Кузька стучал зубами от холода. Но на всякий случай одной рукой пощупал другую свою руку. Она совсем не была горячей. Окоченевшая ладошка из последних сил удерживала сундучок.
- Ну ладно. - Несколько девочек быстро подлетели к Кузьке и стряхнули с него снег. Затем, подталкивая его со всех сторон, вытащили на бережок.
- Какой тяжелый! Какой теплый! Какой кругленький! Глазищи-то какие! И не беленький, совсем не беленький! - верещали при этом смешливые девчонки.
Оказавшись на берегу, Кузька вновь плюхнулся на снег. Ему казалось - весь он так сильно замерз, что даже шевельнуться не может. Поэтому домовенок вновь горько заплакал.
- Ой, не ходят мои ноженьки, не шевелятся мои рученьки. Ой, замерзну я здесь в страшном лесу, пропаду пропадом!