— Вот смотрите на стену. Видите эти три красных полотнища?
— Ну, вижу.
— На них такие надписи, которые позорят красный цвет.
— Не понимаю.
— Вот первая. Читайте: «Свобода, равенство и братство». Ну, разве это не лицемерие, не очковтирательство? У нас в стране теперь свобода? Позор. Кто поверит? Рабочие свободны умирать с голоду, а капиталисты наживать миллионы барышей на войне. Равенство — бедняка-крестьянина, не имеющего куска черного хлеба про запас, и помещика Родзянко, члена социалистического Временного правительства, имеющего десятки тысяч десятин земли и на миллионы рублей богатств. Братство — угнетенных тружеников и угнетателей. Лицемеры! И вы в общественных местах вывешиваете такие лозунги!
— Это нужно понимать по-другому.
— Да, Для этого нужно стать меньшевистским идиотом.
— Вы не слишком-то, — загорячился южанин.
— Второй лозунг: «Война за свободу до победного конца». За свободу капиталистам грабить не только русских рабочих и крестьян, но и турецких, немецких. Так и писать бы нужно было. Или вот: «Заем свободы». А нужно было бы написать: «Заем рабства». Война в интересах укрепления и обогащения буржуазии. Для пролетариата победоносное окончание ее хуже поражения. Кто же это не понимает? А вы, пользуясь тем, что вас пока большинство в совете, этой грязной ложью пачкаете стены.
— С вами нельзя говорить, — сказал черный оппонент и отошел в сторону.