Гончаренко заколебался.
— Что, милый мой, страшно? Ты, брат, знай, что революция требует всего человека.
— Согласен.
— Ну, а раз согласен, ступай с Тегран, она тебя устроит.
* * *
После заседания совета офицеры во главе с Преображенским поехали к нему пить чай.
В той же гостиной удобно расположились на мягких креслах и диванах полковник Преображенский, капитан Лисовицкий, Сергеев и еще три полковых офицера.
— Скверно очень. Уже большевики завоевали совет. Нужно прекратить эту говорилку, — сказал Преображенский.
— Да, Но на что же нам надеяться? — спросил один из офицеров, приземистый и полный.
— Мы можем надеяться только на военную силу. Только ее сохранить за собой. Эти проклятые большевика раскусили, оказывается, в чем штука. Революция — гибель, если она продолжится. Чернь поднимает голову. Мы стоим на грани. Железные дороги грозят полным развалом. В Москве и Петрограде продовольственный голод. В войсках недовольство. Столичные гарнизоны ненадежны. Нужен кулак. Нужен такой диктатор, как генерал Корнилов.