— А как на войне, страшно, чай?
— Почему соли, керосина, мыла и мануфактуры нет?
— Погодите, братцы, — уже усталый отвечал Хомутов. — Погодите. Вот вечером ударим в колокол, созовем мирскую сходку и поговорим. Обо всем поговорим.
* * *
В обед у Хомутова в избе собралась солдатская сходка. Одиннадцать земляков-односельчан, вооруженных, одетых в серые шинели солдат, из разных частей и фронтов, чинно сидели на лавках, луская семечки, а иные стоя курили — кто папиросу, а кто махорку.
— Товарищи. Вот, думаю я, поговорить нам надо, — сказал Хомутов, когда все были в сборе.
— Солдаты посмотрели на него и перестали говорить между собой.
— Товарищи, дозвольте мне.
— Валяй, накручивай.
— Мы все, братцы, на фронтах были и кровь проливали, — неожиданно для себя громко и складно стал говорить Хомутов. — Жизней своих не щадили мы, семьи бросали на голод да на разор. А за что, други? Большевики правду говорят, что по глупости да темноте. Разве помещик наш, толстопузый Панский, потерял на войне что? По-старому с крестьян семь шкур дерет.