— Юнкера с нами, с рабочими да солдатами.
— Давно?
— Нет, недавно. Но дело не в этом. Ревком имеет к вам, товарищи, просьбу.
— Какую?
— В двух словах. Мы, московские рабочие и солдаты, как вы знаете, совершаем вооруженный переворот. Мы хотим власть передать советам, земли — крестьянам, фабрики — рабочим и полную свободу — трудящимся. Наши цели не расходятся с интересами трудящихся казаков.
— Это верно, — подтверждающе сказал человек с монгольским лицом и сильно потер переносицу.
— Так что же хочет ревком?
— Он хочет, чтобы ваш казачий полк не поддался на белогвардейскую провокацию и не выступил бы против нас.
— Не выступит. Не беспокойтесь. Я говорю, как секретарь комитета, — заявил человек с острым лицом, все еще потирая переносицу.
— А вы хотели бы, чтобы наш казачий полк выступил бы на вашей стороне? — спросил офицер и добавил: — не выйдет. Казаки не пойдут сражаться со своими братьями.