— Как хорошо жить на свете! Кстати, мой Витенька, дай мне тыщенки две-три фунтов. Мне нужны туалеты.
— Возьми хоть десять. Теперь-то деньги у нас будут.
Восстание началось просто. С крыш больших домов из общественных зданий в условленный час затарахтели пулеметы. Ничего не подозревавшая уличная толпа представляла собою хорошо видную близкую мишень. В этой толпе преобладали солдаты и бедные горожане. Все остальные слои города были предупреждены и сидели, попрятавшись в своих квартирах.
Эффект неожиданной стрельбы был поразительный. В первую же минуту сотни трупов и раненых запрудили собой панели, мостовые, скверы, сады, парадные подъезды. Кровь потекла ручьями, обагрив пыльные камни.
Стрельба продолжалась до тех пор, пока на улице все живое не было истреблено.
Сергеев и Баратова сидели у раскрытого большого окна в квартире Филимонова. Перед ними на полу стояли две циновки с патронами, коробки с револьверными пулями. Точно забавляясь, они стреляли наружу. Мишеней было много.
Обезумевшие от страха люди, старики и подростки, женщины, солдаты, с выражением ужаса и растерянности на лицах пробегали мимо, и многие здесь, у окна, находили свою смерть.
— Вон солдат. Стой, Ирка, — я.
— Нет я, подожди, Витя, ну, видишь, попала в голову. Так человек совсем не мучится.
— Смотри, вон какая-то проститутка бежит. Попаду или нет?